— Раньше я считала, что тебя заставляю, а теперь… — Лена всхлипнула. — оказывается, ты и сам не против.

— Я вам уже много раз говорил, что я кобель, — женские слёзы на меня всегда плохо влияли. — Но сейчас дело даже не в этом. Эта работа. Пусть странно выглядящая для остальных, но важная и нужная. И об этом мы с тобой тоже говорили. Или… ты просто ревнуешь?

— А что не имею права⁈ — Лену окончательно сорвало с катушек. — Ладно ты с Сонькой шашни крутил, мне было больно, но я терпела! А тут появляется какая-то… мымра! И с порога заявляет, что будет с тобой мутить! И при этом ты с ней собираешься трахаться! По-твоему, это нормально?!!

— Это жизнь, — я пожал плечами. — Мне жаль, что я делаю вам больно. Если бы в моих силах было что-то изменить я бы обязательно сделал это, но, к сожалению, любая попытка встать в позу сделает только хуже. И мне и, что гораздо более страшное, вам. Соня прекрасно знает, как это бывает.

— Но это не значит, что я отдам тебя какой-то… мымре, — Сикорская усмехнулась, глядя прямо в глаза Диане. — Пусть у меня меньше возможностей, но зато есть настоящие чувства. Твои эксперименты рано или поздно закончатся, а я останусь. Так что подумай, дорогой, стоит ли менять что-то постоянное на временное. А сейчас прошу простить, у меня появились срочные дела, и я вынуждена вас покинуть.

— Подожди, я с тобой, — Зосимова усилием воли взяла себя в руки, задавив истерику в зародыше и тоже поднялась из-за стола. — Семён, я тебя люблю, поэтому тоже буду бороться. Извини, что расчувствовалась. Обещаю, больше этого не повториться.

— Прекрати, — я поморщился. — Просто будь собой. Хочешь на меня накричать — кричи. Хочешь ударить — ударь, тем более что я заслужил. Только не увлекайся, а то отшлёпаю.

— Вот приезжай и отшлёпай, — Лена чмокнула меня в щёку. — Пока.

— Позвони, — Софья поцеловала в другую. — И поздравляю с членством в Союзе Писателей. Ты это заслужил, что бы там другие не считали.

— Спасибо, — я поднялся, — провожу.

Девочки бросили злые взгляды на Диану, продолжавшую с невинным видом сидеть за столом, и пошли одеваться. Настроение у них было подавленное, впрочем, я тоже не фонтанировал радостью. Ситуация мне не нравилась, но и исправить я её не мог. Пока не мог, но надеялся, что сделал к этому первые шаги. Так что, попрощавшись с подругами и посадив их в такси, вернулся в квартиру, застав Микоян уже в гостиной, с Василь Василичем на коленях.

— Какой у тебя шикарный кот! — девушка обеими руками зарылась в мягкую шерсть и подняла на меня хитрый взгляд. — Итак, теперь ты мне должен!

— За что? — я сделал максимально невинное лицо, — не припомню, чтобы что-то у тебя занимал.

— Ой, только не надо! — отмахнулась Диана. — Думаешь, я не поняла, что ты пригласил меня только для того, чтобы дать твоим подругам общего врага. Против кого-нибудь дружить всегда проще. Что ж, я не против, но с тебя идея для моего личного кооператива! И… дай мне какую-нибудь рубашку. Я так понимаю, что для успешной инициации нам нужно привыкнуть друг к другу? Значит сейчас и начнём.

Глава 11

— Неплохо, но не более, — Выгорский встретил меня на финише скептическим взглядом. — Значит, говоришь, выносливость стала выше?

— Да, — мне даже дыхание переводить было не нужно, словно и не скакал сейчас по стенам, цепям и трубам, хаотично торчащим на верхнем ярусе зала.