Как бы не так! Хит побудет с ней, пока не кончится действие болеутоляющего.

— Послушайте, это моя вина, что вы порезались. И теперь я обязан вам помогать.

У машины Хит отпустил ее локоть и с проворством, выработанным за годы сопровождения арестованных, выудил из кармана ключи и открыл дверцу. Однако на этот раз посадил Мередит не назад, а на переднее сиденье и подал ей на колени Сэмми. Но прежде чем захлопнуть дверцу, не удержался и еще раз провел ладонью по волосам девочки.

В глазах Мередит появился испуг. Она явно не хотела, чтобы его дружба с Сэмми имела продолжение.

Хит мрачно обошел джип, а когда сел за руль, увидел, что Мередит отодвинулась к самой дверце — еще один вполне понятный сигнал. Он чертыхнулся про себя и выехал с запруженной автомобилями больничной стоянки.

Влившись в поток машин, Хит оценивающе посмотрел на пассажирку и по своей полицейской привычке решил не ходить вокруг да около.

— Сэмми описалась в больнице.

— Я почувствовала, — едва заметно улыбнулась Мередит. И, помолчав, спросила: — Сэмми причинила вам много беспокойства?

— Смотря что понимать под беспокойством. Здорово перепугалась. Видимо, она решила, что я стану бить ее, и заплакала.

Хит свернул на боковую улицу и, стоя перед светофором, ждал объяснений. Никаких. Мередит, закрыв глаза, прижималась щекой к голове дочери.

— Кто-то издевался над ребенком, — наконец проговорил шериф. — Даже не трудитесь это отрицать.

Мередит по-прежнему молчала. Только стала еще бледнее. Ресницы затрепетали над огромными, как у Сэмми, глазами, только не голубыми, а темными.

— Дети всегда расстраиваются, когда не успевают в туалет. Вы просто не поняли, в чем дело.

Хит был раздосадован.

— Она не просто расстроилась. Она пришла в ужас.

— Вы незнакомец, а Сэмми стесняется чужих. К тому же учтите: для четырехлетней девочки намочить штаны — дело серьезное.

Хита охватило отчаяние. Он чувствовал — нет, черт побери, знал, — что мать и дочь остро нуждались в помощи. И поспорил бы на последние деньги, что Мередит находилась в бегах. Как ни крути, это единственное разумное объяснение. Неужели трудно понять, что если за ней гоняется муж, Хит может ее защитить? Слава Богу, он все-таки окружной шериф. Даже если суд принял решение в пользу мужа, шериф Мастерс сумеет попортить ему кровь и не задумываясь воспользуется старыми связями. А странная соседка — что она намерена делать, если в один прекрасный день негодяй объявится на пороге ее дома?

От этой мысли у него вспотели ладони.

— Мередит…

Ее напряженная поза и каменное выражение лица, казалось, вопили: не вмешивайся! А по опыту он уже знал: напористость не помогла ему с Сэмми, не поможет и с ее матерью.

Если Хит стремился к доверию Мередит, надо его завоевывать.

— С больной рукой вам всю неделю будет нужна помощь.

— Да нет, я сама…

Он обошел машину, открыл дверцу со стороны Мередит и взял на руки девочку.

— А как быть с картошкой, которую вы начали резать? Уже половина седьмого. Сэмми проснется и захочет есть.

— Можно сделать гамбургеры. С этим я справлюсь.

— Вам нельзя готовить и мыть посуду.

— Надену резиновые перчатки.

— Но врач предупредил, что рука должна быть в покое.

— В перчатках постараюсь как можно меньше се тревожить и буду очень аккуратна.

— Но перчатки нужно сначала натянуть, а вода всегда просачивается внутрь.

— Уверена, кое-что я все-таки делать могу.

— Ладно, позвоню в больницу, проконсультируюсь, — усмехнулся Хит.