– Пусть вылетает первым же рейсом и позвонит мне в лондонский отель «Брутон» прямо из аэропорта Хитроу.

– А...

– Насчет денег можно не беспокоиться. Плата по высшему разряду. Мне он нужен уже сегодня. Или даже раньше.

– Это плохо, – тихо сказала Сюзан.

– Что плохо?

– Чем бы ты сейчас ни занимался, я знаю Хоука. То есть знаю о его выдающихся способностях. И если он тебе нужен, значит, дела идут плохо.

– Да нет. Не совсем. Я зову Хоука, чтобы они вдруг не покатились под гору. У меня все в порядке, но все же скажи Генри, чтобы Хоук обязательно добрался до Лондона. Да, и я не хочу, чтобы Хоук появлялся в отеле. Пусть позвонит из аэропорта, я сам его найду. Договорились?

– Договорились. А кто этот Генри Чимоли?

– Он что то вроде тренера профи в этом самом клубе. Славный парень, любитель наставить синяков. Спорю на сотню, он самый сильный человек, которого я знаю. До его прихода атлетический клуб был просто спортивным залом. Мы с Хоуком тренировались там. А Генри научил нас своим премудростям. Он всегда знает, где Хоук.

– Жаль, ты не знаешь адреса Хоука. Я бы сама с удовольствием побеседовала с ним.

– Не сомневаюсь. Но, к сожалению, Хоук – человек без адреса. Чаще всего он живет у своих женщин, а в перерывах снимает номер в гостинице.

– А что, если он не приедет?

– Такого быть не может.

– Ты в этом уверен?

– Абсолютно, – ответил я. – Как поживает методика организации?

– Прекрасно. За половину курса я получила высший балл.

– Так, понятно, – забубнил я. – Этот сукин сын... Как только вернусь, подать мне его адрес.

– В самую первую очередь?

– Нет.

Над океаном зависла пауза.

– По телефону это несколько затруднительно, – произнес я.

– Верно. На большом расстоянии это всегда сложно. И... у меня такое чувство, будто ты – на войне. Мне совсем не нравится, что ты посылаешь за Хоуком.

– Мне он нужен для внешнего наблюдения. Знаешь, даже лорду Питеру Уимзи приходится иногда отойти по нужде.

Смех Сюзан, слегка искаженный расстоянием, звенел над Атлантикой. Мне захотелось взвыть.

– А я думала, за него это делает дворецкий.

– Когда закончится вся катавасия, может, мы приедем сюда вместе, – размечтался я. – Было бы прекрасно побродить по здешним достопримечательностям, может, проехать до Страдфорда или в Стоунхендж. Лондон рождает во мне особое чувство. Он волнует меня, как и Нью Йорк.

– Если человек устает от Лондона, он устает от жизни, – заметила Сюзан.

– Ты приедешь?

– Когда?

– Ну когда освобожусь. Я пошлю тебе часть заработанных мною денег и встречу тебя здесь. Приедешь?

– Да, – сразу же ответила она.

Еще одна маленькая пауза.

– Тебе, наверное, нужно заканчивать разговор, – осторожно спросила Сью. – Должно быть, стоит уйму денег?

– Ничего. Деньги Диксона. Правда, новостей больше никаких нет. Я позвоню завтра примерно в это же время узнать, нашел ли Генри Хоука.

– Хорошо, я буду дома.

– О'кей. Я люблю тебя, Сюз.

– Я тоже.

– До свидания.

– Жду.

Она повесила трубку, и я еще какое то время прислушивался к трансокеанскому жужжанию. Потом положил трубку, откинулся на кровати, да так и провалился в сон, полностью одетый, оставив включенным свет. Я все еще прижимал носовой платок к подбородку.

Когда я проснулся утром, платок намертво приклеился к коже из за засохшей крови, и первое, что мне пришлось сделать, это смочить его холодной водой.