Лэа усмехнулась, но промолчала и двинулась вниз по лестнице, к главным замковым воротам.

Риан последовала за ней.

– Со мной тебе не придется их искать, – уверенно сказала девушка. – Я отведу тебя к ним домой.

– Оставайся в замке.

– Нет, – голос Риан был спокоен. – Я иду с тобой. Я знаю, что не могу повлиять на твое решение. Но если ты решишь убить их, то я встану на их сторону и буду защищать до последней капли крови.

Лэа бросила на Риан короткий взгляд.

Не так уж много в ней было этой самой крови. Лэа могла бы с легкостью победить ее, но дело было не в этом.

Риан прекрасно знала, на что способна Лэа, знала, насколько она сильна и совершенна в воинском искусстве. Да что там говорить, на ее плече красовалась синяя татуировка – и этим было все сказано.

Дело было как раз в том, что Риан, несмотря на это, готова была защищать Дани и сади Таир. Готова была принять смерть за них.

Лэа молча размышляла об этом, выходя из ворот замка на людную площадь.

– Лэа? – тревожно окликнула ее Риан. – Здесь что-то не так…

Она вынырнула из своих раздумий, окинула взглядом площадь. Все люди, чересчур взбудораженные, спешили прочь.

– Впервые такое в Соллосе!

– Где они ее взяли?

– Никогда не видел ничего подобного!

– Просто невероятно!

– Это жестоко!

Куча откликов смешалась в голове, Лэа не могла понять, в чем дело.

– Что здесь происходит? – она завертела головой по сторонам. – Наш визит откладывается.

Лэа отчасти надеялась, что ей удастся все-таки навестить их одной.

– Я хочу понять, в чем дело. Идем за всеми, – решила Лэа.

– Идем, – пожала плечами Риан.

Лэа показалось, что девушка раскусила ее «гениальный» план.

Она вышла вперед и повела Лэа за собой через быстро пустеющие улицы. Народ стекался куда-то в одну точку. Удивительное дело, подобной самоорганизации не было даже тогда, когда короновали Визивада.

Лэа шла следом за уверенно шагающей Риан. Ее тренировочный меч болтался за спиной в ножнах, между худых лопаток. Рукоятка закрывала тоненькую в синих жилках шею.

Лэа не без жалости подумала о том, что Риан в этой жизни пришлось куда как нелегко. Нелюбимая дочь, изгнанница, кадетка не по своей воле…

Лэа жила в любви, пока не пришел Джер. В ней не было такой болезненной худобы, не было затравленного взгляда глаз. Она не знала, что такое боль и людская ненависть. И думала, никогда не узнает.

Жизнь больно бросила ее о землю, хотела сломить и поставить на колени, но этого ей не удалось. Она вставала, снова и снова, и шла вперед.

Они углублялись в город.

– Кажется, все идут на площадь Трех Королей, – вертя головой по сторонам, сказала Риан. Она хорошо знала родной город.

Гомон голосов мешал сосредоточиться, но из отдельных выкриков толпы Лэа удалось уловить, что на площади их ждет какое-то диковинное зрелище.

Ноги застучали по каменистой брусчатке, улица расширилась, будто пытаясь вместить в себя все увеличивающуюся толпу.

Издалека Лэа уже видела высокие, возносящиеся в небо статуи в монарших одеждах, простершие руки навстречу незримым подданным.

– Три самых Великих короля Соллоса, – крикнула Риан, пытаясь перекричать толпу. – Его Величество Роланд Отважный, объединивший все земли Светлейшего Королевства, Эльхан Благородный, приведший Объединенное Королевство к процветанию и Рианон Освободительница, отменившая рабство в нашей стране.