— Это последний, босс. Я выброшу его за борт, — проговорил в темноте Раффи.

— Хорошо. Раффи закряхтел, раздался всплеск упавшего в воду тела. Раффи вытер руки о перила, подошел и сел рядом с Брюсом.

— Проклятые обезьяны, — голос Раффи был полон характерной для Африки межплеменной ненависти. — Когда мы вышвырнем этих ублюдков из ООН, нужно будет провести небольшую сортировку. Они должны знать свое место, эти проклятые балуба.

«Так везде и всегда, — подумал Брюс. — Евреи и неевреи, католики и протестанты, белые и черные, бамбала и балуба. Он посмотрел на часы, еще два часа до рассвета. Нервы после боя успокаивались, руки больше не дрожали.

— Они больше не полезут, — сказал Раффи. — Можете поспать немного, если хотите. Я буду смотреть в оба, босс.

— Нет, спасибо. Я посижу с тобой.

— Как насчет пива?

— Давай. Брюс пил пиво и смотрел на сигнальные костры вокруг лагеря. Они прогорели до кучки красных углей, но Брюс знал, что Раффи прав. Новой атаки сегодня можно не опасаться.

— Ну и как тебе нравится свобода?

— О чем вы, босс? — вопрос поразил Раффи.

— Как тебе нравится жизнь после того, как ушли бельгийцы?

— Я думаю, все нормально.

— А если Чомбе будет вынужден уступить генеральному правительству?

— Эти чокнутые арабы, — огрызнулся Раффи. — Все, что им нужно, это наша медь. Не так-то просто будет заполучить ее. Мы крепко держимся в седле.

«Величайший рыцарский турнир в истории африканского континента. Я крепко держусь в седле! Попробуй выбить меня из него! Как и всегда, когда речь идет о выживании, вопросы морали и политических учений отходят на второй план (кроме как для наблюдателей в Уайтхолле, Москве, Вашингтоне и Пекине). Грядут горячие денечки, — подумал Брюс. — Когда взорвется моя страна, Алжир станет походить на кружок кройки и шитья для престарелых дам».

26

Встало солнце. Поляну пересекли длинные тени от деревьев. Брюс встал рядом с «фордом» и посмотрел на укрытие, установленное на другом берегу.

Он спокойно взвесил все, сделанное для переправы. «Что еще не учтено? Как провести операцию с наименьшей опасностью?»

Хендри с двенадцатью жандармами в укрытии. Они смогут отбить любую атаку с той стороны.

Первой переправится Шерман на легковом автомобиле. За ней последуют грузовики. Они пойдут не гружеными, чтобы уменьшить опасность разрушения моста или ослабления его конструкций перед проходом бензовоза. После переправы грузовиков Хендри в укрытии переведет через реку людей и высадит их под защиту брезентового кузова.

Последний грузовик пойдет груженый. Это было рискованно, но неизбежно.

Последним мост пересечет Брюс на бензовозе. Это будет не актом личной храбрости, хотя, несомненно, это самая опасная часть сегодняшней операции. Просто он не мог доверить этого никому, даже Раффи. Пятьсот галлонов топлива в бензовозе являлись гарантией их возвращения домой. Брюс приказал залить баки всех машин до отказа, но все равно они не смогут добраться до Мсапа без дозаправки.

Он посмотрел на Шерман, сидящую за рулем «форда».

— Включай первую передачу. Поезжай медленно, но с постоянной скоростью. Чтобы не случилось, не останавливайся.