|
Перед глазами звёздочки мелькают, весь он ещё искрится, морда вся в тошнотной массе собственного изготовления, а его уже на новый взлёт закручивают, да как-то всё по сложной спирали. Сейчас снова об землю треснут, а это возмутительно и, кроме того, очень больно! Велес задрыгал ногами и, видимо, куда-то попал, потому что мертвец взревел, и рука сталкера выскользнула из металлических пальцев. Велес взлетел в небеса голубые, ластами солнышку приветливо махнул и с глухим звуком, рухнул звёздочкой средь травки луговой. В каком-то смысле удачно приземлился – из оврага вылетел наверх, на край обрыва.
-Уууу… - Проговорил он, чувствуя, что целых костей в организме как-то не осталось.
-Мясо!!! – Заорали из оврага.
-Иди ты на хуй, чмо в тапочках… - Простонал он. Опять тапочки…, не к добру. Вон и облачко белое плывёт. Облачко белое, тапочки поминает, ммм…, белые тапочки? Охо-хой, кажись пора уже…, ещё раз так шваркнут об землицу-матушку и точно пора заказывать те самые черевички.
Подняться никак – всё сломано, даже гордость и достоинство. А гад этот мёртвый уже выполз наверх, вон, пасть открыл, бежит обедать. Правая рука вроде двигается без проблем. Ага, что это нам даёт? В носу поковыряться может напоследок? А то потом-то уже не успеет, сожрут сейчас, без соли главное и вилки, пошло руками сожрут. Так, нож не выронил? Нет, вот он родимый. Ну, раз ничего иного не остаётся, берём в руку нож и ждём, прикинувшись мёртвым, типа в засаде.
Лезвие выскользнуло наружу, игриво блеснуло на солнце. Мертвец подошёл впритык, на колени встал и обе руки к животу тянет – потрохов поесть хочет. Ну что тут скажешь? Выбор-то правильный, он бы вот тоже с потрошочков начал, вкусно же, печёнка вот, особенно приятна на вкус…, проблема в том, что сейчас его печёнку есть собираются.
Рука поднялась, нож блеснул зловеще и золотистое лезвие, ударило в голову мертвеца, точно в телескопический глаз. Насквозь, прямое попадание. На рывке в обратную сторону, пол черепа срезало как сваркой. Червячки с зубами, посыпались на травку, а этот хмырь даже внимания не обратил – обе лапы уже одёжу рвут, аккурат на пузе. Велес зарычал отчаянно и рубанул по металлической руке в районе плеча. В этот раз, лезвие встретило сопротивление и с трудом дошло до половины руки, где и застряло, в струе горячих искр, брызнувших из пореза. Руку обожгло, нож пришлось отпустить, потеряв последнюю надежду на спасение…, ух ты! Лезвие, утратив контакт с его ладонью, поискрилось и исчезло – рукоять упала в траву, в пяти сантиметрах от правой ладони.
Спаси и сохрани тебя, Научный Прогресс!
Мертвец, правая рука которого вдруг перестал шевелиться, замер. Недоумённо ворча, повернул голову и как завоет! Глаз-то больше нет, руку не видно – расстроился бедолага.
Ну, долго ему страдать не пришлось. Велес схватил рукоять, лезвие снова засветилось ярко и начал он от души, да с энтузиазмом рубить куда дотягивался. Спустя полминуты, лежал он на травке, с умилением и счастьем в глазах глядя на невероятно прекрасные небеса Зоны. А рядом дымились и вошкались, останки ожившего мертвеца. Ну, дымились останки, а вошкались червячки. Миленькие кстати. Окраска на солнышке у них из белесой, стала фиолетово-бежевой, зубки блестят, ну чудо прям. Пока один из этих свинтусов не решил поползать по его руке. Ползал-ползал, а потом как хватанёт на запястье! Больно было жесть. А он гад ещё и кожу прогрыз, попытался внутрь залезть – на силу выдернул. Впрочем, к тому моменту червяк перестал шевелиться – отравился некачественным мясом и подох бесславно.
На всякий случай, хоть и болело всё абсолютно, Велес отполз подальше от останков мертвеца. Как отполз, вытянулся стрункой и клятвенно пообещал сам себе, что больше никогда не станет играть с зомби. Этого приключения ему хватило до седых волос. Если уже не поседел. Вытошнило вот, весь теперь воняет…, зато костюмчик разноцветный стал. |