Впрочем, Ева быстро взяла себя в руки. К Тибблу нельзя идти с таким настроем. Не поможет это и в скорей­шем установлении личности преступника. Она должна де­лать свое дело спокойно и методично, потому что несет ответственность перед убитыми. Какими бы ни были эти люди при жизни – хорошими или плохими, – они своей страшной смертью заслужили, чтобы их убийца был най­ден. И вторая задача Евы – порвать порочный круг под названием Макс Рикер.

– Входите, лейтенант. – Лицо Тиббла, сидящего за письменным столом, ничего не выражало, голос звучал бесцветно. – Присаживайтесь. Я слышал, у вас выдалась тяжелая ночь, – добавил он.

У Евы возникло ощущение, что она попала в какой-то закрытый клуб, где играют в покер на очень большие деньги, и не знает, сколько стоит на кону.

– Сэр, к предварительному отчету по делу об убийстве Бейлиса уже приобщены результаты лабораторных иссле­дований. Но я, – она бросила многозначительный взгляд на Рорка, – не могу говорить о деталях в присутствии посторонних.

– Этот… гм… посторонний пришелся весьма кстати вчера вечером, – заметил Тиббл.

– Да, сэр. – Ева тоже умела играть в покер и делать равнодушное лицо при любом раскладе. – Было крайне важно как можно скорее добраться до летней резиденции Бейлиса.

– И все же вы добрались туда недостаточно быстро…

– Да, сэр.

– Не воспринимайте это как критику, лейтенант. Ва­ша интуиция относительно капитана Бейлиса не подвела вас. Если бы вы не доверились ей, мы, возможно, до сих пор даже не подозревали бы о том, что он убит. Но, как бы я ни восхищался вашей интуицией, лейтенант, позвольте все же мне действовать по собственному усмотрению. С сегодняшнего дня я временно подключаю мистера Рорка, хотя он и является гражданским лицом, к расследова­нию по делу Макса Рикера, который, на мой взгляд, явля­ется ключевой фигурой во всех трех убийствах.

– Но, сэр…

– У вас есть какие-то возражения, лейтенант? – вкрадчиво осведомился Тиббл.

Если бы Ева не была так раздражена, она бы непре­менно уловила в его тоне насмешливые нотки.

– У меня множество возражений, сэр. Начать с того, что дело Рикера в данном случае не является приоритет­ным. Я как раз анализирую новые улики и не сомневаюсь, что они позволят нам арестовать того, кто несет ответст­венность за все три убийства. Связь между ними и Рикером, конечно, существует, – торопливо продолжала Ева, – но она носит скорее эмоциональный характер. По­этому я считаю, что преследование Рикера является второ­степенной задачей и не должно выводиться на передний план. Поэтому, сэр, я настаиваю на том, чтобы любые ша­ги, связанные с Максом Рикером, были отложены вплоть до того, как будет закрыто дело, которое я веду сейчас.

Тиббл посмотрел на Еву пристальным взглядом.

– Но ведь теперь мишенью являетесь вы!

– Каждый коп является потенциальной мишенью, – парировала она. – Убийца намеренно пытается переклю­чить мое внимание с себя на Рикера, но я не собираюсь идти у него на поводу и почтительнейше прошу, чтобы и вы, сэр, также не поддавались на эту уловку.

Ева произнесла эту тираду с таким жаром, что лицо Тиббла изобразило крайнее удивление: брови полезли на лоб, а нижняя губа выпятилась.

– Лейтенант, я внимательно слежу за вашим рассле­дованием, но категорически отказываюсь понять, почему вы так резко сменили курс, переключившись с Рикера на кого-то, неизвестного нам. Возможно, я что-то упустил, но, боюсь, вы просто не справляетесь с таким объемом работы.