— Это будет очень печально, — раздражённо ответила я. — Послушайте, сударь, вы не могли бы обойтись без мелодраматических угроз и внятно объяснить, чего вы от меня хотите? В конце концов, я могу и намеренно спровоцировать вас на моё убийство, вы об этом не подумали?

— О, нет, Ивона! — уже менее легкомысленным тоном отозвался авантюрист. — прошу вас, обещайте, что вы этого не сделаете!

— И не подумаю, — отозвалась я, довольная своей идеей. — Уверена, всякая женщина предпочтёт смерть той участи, которую вы для меня готовите.

— Как вы могли обо мне так подумать! — воскликнул Дрон Перте, и в его голосе я уловила нотки искреннего возмущения. — Ивона, прошу вас, неужели что-либо в наших прежних отношениях давало повод вам считать меня способным на подобную низость?!

— Времена меняются, — напомнила я, и Дрон Перте не нашёл, что ответить. А, может, был слишком занят, одной рукой связывая мои запястья. — А теперь назовите, пожалуйста, цену моей свободы.

— Цену, сударыня? — переспросил авантюрист, затянув петлю так сильно, что я невольно вскрикнула от боли. — О, простите, я не хотел сделать вам больно.

— Неужели? — скептически отозвалась я. — Перестаньте хитрить со мной, Дрон Перте, вы выводите меня из себя.

— Ивона, глупышка, — отозвался авантюрист с неожиданной нежностью в голосе. — Неужели вы ничуть не боитесь за себя, если продолжаете вести разговор подобным тоном?

С этими словами он убрал нож от моего горла и, взяв меня за подбородок, поцеловал прямо в губы. От неожиданности у меня перехватило дыхание, и всё время, пока длился поцелуй, сердце стучало так оглушительно, как будто целый полк дейстрийских барабанщиков (мне приходилось видеть их в детстве) играл утреннюю побудку. Наконец, я смогла найти в себе достаточно сил, чтобы упереться связанными руками в грудь авантюриста и оттолкнуть его от себя.

— Что вы себе позволяете? — еле выговорила я срывающимся голосом.

— Прошу прощения, — хладнокровно ответил Дрон Перте. — Но, боюсь, в ближайшем будущем — которым вы так интересовались, дорогая, — вас будут ожидать менее приятные ощущения.

— Так, значит, вы намерены пытать меня? — спокойно уточнила я, чувствуя, как холодею от страха. Да, ты в самом деле изменился, молодой хозяин Перте!

— Только если у нас не останется другого выхода! — твёрдо ответил авантюрист.

— Деньги? — коротко уточнила я.

— Боюсь, что нет, дорогая Ивона. Но к чему гадать? Скоро мы доедем, и вы всё узнаете.

— Вы негодяй, — отчеканила я, поднося руки к закрывающей глаза повязке. Дрон удержал меня.

— Ивона, я умоляю вас быть благоразумной.

— Вздор! — отрезала я, отталкивая авантюриста и срывая повязку с глаз. Увы, всё, что я могла разглядеть, так это полумрак, царивший в карете: окошки были занавешены плотными чёрными шторками. В следующее мгновение я толкнула дверцу, полагая, что разрезать стягивающую запястья верёвку можно и на свободе, а бежать она всё равно не помешает. Карету озарил солнечный свет, заставивший нас обоих зажмуриться.

— Куда, дура! Разобьёшься! — вскрикнул Дрон, но те секунды, которые нужны были ему, чтобы удержать меня, он потерял, закрывая глаза от света.