Это произошло почти полтораста лет назад около маленькой башкирской деревушки Арметово.

Жители деревни знали: будет град.

Град — это гибель урожая. лГрад — это голодная зима. Град — это значит придется продать скот и надолго уйти в чужие края на поиски работы…

И вот гроза, разразилась. Ничего подобного не видели даже самые дряхлые старики за всю свою жизнь. Небо разламывалось яркими молниями на сот- пи кусков. Громовые раскаты следовали без перерыва, с ужасающим треском. И в довершение всего с небес действительно низринулся град. Градины величиной с голубиное яйцо, тяжелые, как камни, пробивали ветхие крыши домов, ранили и калечили людей и скот.

И вместе с градом хлынул ливень. Казалось, вся вода со всей земли опрокинулась сразу на арметовцев. Зазмеились по полям ручьи. Они сливались в бурные потоки, размывавшие землю.

Нечего и говорить, что все посевы были начисто уничтожены. Вместо хлеба на полях ровным слоем лежали ледяные осколки градин. А потом взошло солнце. Стаял лед, и на месте выбитых градом посевов появились таинственные каменные знаки.

Первыми принесли их мальчишки. Вместо ягод они нашли камешки, показавшиеся им странными и необыкновенными. Камешки были похожи на центральную часть градовой тучи. Они были пятиугольными. И в середине у многих ясно виднелся крест.

Вот тут-то и родилась легенда. Кое-кто из старых жителей села пытался связать гибель посевов с вероотступничеством. Бог, говорили они, дал нерукотворное знамение — пятиугольные камни, с крестом посредине, чтобы люди знали: повторится отступничество- снова разразится божья кара, снова все останутся без урожая.

Так и повелось. Каменные знаки божьего гнева — градовы камни — были в каждой избе. Страх овладел всеми: ослушаешься бога, согрешишь — и опять посыплются на головы грозные небесные камни… Опять придет голод, а с ним болезни, смерть, нищета.

Небесные камни

Торжественным и строгим было собрание императорской Академии наук 4 мая 1825 года. Важно и чинно выступали академики, излагая результаты своих исследований и наблюдений. Все шло по заведенному порядку.

И вдруг слово для экстренного сообщения взял астроном Федор Иванович Шуберт.

— Господа, — начал академик, — случилось небывалое. На поля башкирской деревни Арметово упали с неба необычные, таинственные каменные знаки. О падении оных знаков сообщил в журнале Поггепдорфа и в архиве Кастнера господин Эверсман.

Сразу в прохладном зале академии стало необычно тихо, а Шуберт продолжал:

— Я зачитаю вам, господа, некоторые выдержки из сообщения господина Эверсмана. Он пишет, что

камни выпали вместе с небесным градом. Камешки, упавшие с неба, мелкие, лепешковидные или чечеви- цеобразные, а на обеих сторонах чечевицы начертан крест.

В зале зашумели. То тут, то там раздавались голоса: «Не может этого быть!..», «Камни с неба не падают!..», «Верить в это — значит наносить зло нравственному миру!..»

Сквозь этот шум к кафедре подошел всеми уважаемый минералог академик Севергин.

Господа, не волнуйтесь, — раздался его спокойный голос, — трудами господ Эрнста Хладного, Афанасия Стойковича и Ивана Мухина доказано ниспадение камней из воздуха. В нашем каталоге зарегистрировано свыше десятка таких камней. Я предлагаю запросить господина оренбургского губернатора о случившемся и потом рассмотреть это событие заново.

Так и порешили. Но, расходясь, долго еще тешили себя побасенками.

И вот открылось новое, очередное собрание Академии наук. Это было 7 сентября 1825 года. Не приходится говорить, что оно было многолюдным.