— Потому, что я знаю, зачем он это делал, Кира. По крайней мере, я так думаю. Блядь, да, может быть, просто хочу верить в то, что у всего этого был какой-то смысл. Не знаю… Я сейчас рассказал это всё тебе не для того, чтобы ты меня жалела. Мне вообще не нужна жалость. Ни чья. Никогда. Мой отец — злобный и жестокий тиран, у которого вместо сердца кусок холодного, как вакуум металла. Но, он научил меня добиваться поставленных целей. Всегда. И я больше не буду поднимать эту тему. Никогда. Если ты не хочешь рассказать мне о себе — хорошо. Не нужно. Это я тоже больше спрашивать не стану. Проехали. Просто теперь ты знаешь обо мне чуть больше, чем раньше. Вот и всё. У всех у нас в прошлом есть какое-то дерьмо, от которого нам паршиво. У кого-то больше. У кого-то меньше.

Андрей замолчал. Хотел сказать ещё что-то… затем передумал. Так и просидел в тишине несколько минут, вновь запихивая вынутые наружу воспоминания.

Его отец действительно научил его добиваться поставленных целей. Любым путём. Искать выходы из любых проблем и находить ответы на нужные вопросы.

И Андрей это делал.

Возможно, в другой, куда более прекрасной и радостной вселенной, он, сын, вероятно, самого влиятельного человека на Славии, мог бы жить иначе. В этом прекрасном и выдуманном мирке, у него были деньги, его любили родители и была счастливая, беззаботная жизнь, которую он бы жил, как дети политических друзей Владимира Зарина.

А вместо этого он сейчас сидел здесь. В этом чёртовом челноке.

Любой нормальный психолог бы заявил, что этот человек психологически и морально искалечил своего младшего сына. Всё троих сыновей, скорее всего. Буквально, не на словах, а на деле, заставил его стать убийцей. Сколько людей погибло в тот день, когда термоядерный заряд разорвал станцию «Порт-Кальда» на орбите Трои на части? Несколько тысяч?

А скольких он убил до этого? А сколько людей погибли во время устроенного ими восстания на Офелии?

Холодный рассудок подсказывал ответ. Много. Нормальный бы человек мучился об от подобного. Испытывал бы муки совести за содеянное. Просто потому, что делать подобное не просто неправильно. Это немыслимо.

А Андрея заботило лишь мысль о том, чтобы хорошо выполнить поставленную перед ним задачу и, в конечном итоге, не разочаровать отца. По крайней мере то время, когда он делал то, что ему приказали. Да и сейчас, нельзя было сказать, что он лишился из-за этого сна.

Только лишь редкие размышления о причинах. Хотелось верить в то, что они существовали.

Выбросив это из головы, Андрей резко наклонился к пульту, быстро вбив последние координаты.

— Хватит болтать. Полетели уже, разберёмся с этим.

Глава 6

«Места почти в первом ряду. Часть I»

Амнезия.

Комплекс тюремного заключения «Тартар».

Тщательно следя за приборами, Андрей опустил челнок на посадочную площадку. При этом стараясь не смотреть в сторону оборонительных орудий, что держали их под прицелом с того момента, как они приблизились к посадочной площадке комплекса.

И это, даже не смотря, на то, что он передал все коды допуска, связанные с ним самим. Безопасность этого места находилась на каком-то запредельном уровне. Если бы сам Андрей не знал, что именно искать, то вряд ли бы смог найти это место вообще. Это если умолчать о том, что внешне ничто не выдавало того факта, что старая колония по добыче руды обрела вторую жизнь. Не было ни спутников, ни орбитальных платформ. Совсем. Всё наблюдение за космосом осуществлялось с помощью тщательно замаскированных станций наземного контроля и автономных систем, расположенных на двух спутниках Амнезии. Там же располагались спрятанные от лишних глаз оборонительные комплексы.

— Чёт нам тут не особо рады, — заметил сидящая в соседнем кресле Кира, с опаской глядя на рыла двух лазерных излучателей, что сейчас смотрели прямо на их челнок.