— Нет, я сказал!

— Дай!..

— Пошел вон!

Через полчаса они сидели на кровати, которую Лин увеличил до неимоверных размеров, пили пойло, закусывали всё тем же печеньем. У Лина не хватило сил хоть как-то сформулировать адекватный заказ на синтез, а у Пятого получалось делать только алкоголь. Печенье у него просто было с собой, как выяснилось позже.

— Уф, — констатировал Лин, — выбрались. Не верится даже…

— Это точно, — подтвердил Пятый.

— Подумать только! — оживился Лин. — Один-единственный инфернальный мир — и какие страсти!

— Он не инфернальный.

— Вишневый, инфернальный, — не согласился Лин.

— Синий, статика, — покачал головой Пятый.

— Инфернальный…

— Нет…

— Инферна…

— Нет, говорят тебе!

— И…

— И заткнешься ты сегодня, а?

Пятый вывел визуальную схему, и они тут же оказались в переплетении разноцветных нитей и плоскостей. Пятый ткнул пальцем в какую-то точку и спросил:

— Это что?

— Фигня это всё. А вот можно так, — Лин изменил положение схемы. — А теперь?

Они в замешательстве посмотрели друг на друга. Схема зеркалила сама себя.

— По связке посмотри, — посоветовал Лин. Пятый отмахнулся. Вне Сети делать подобные построения было скучно, муторно и очень долго. На мир ушло где-то полминуты. Связка выстроилась, и они вдруг поняли, что этот мир не принадлежит вообще ни к какому сиуру. Выходы связи были, но они уходили в никуда. Истончались, сходили на нет.

Сэфес видят мир очень красивым. Особенно в Сети. Белые ареалы свободных областей, зонированные вишневые поля, золото покоя, спирали синих зон… Но даже в белых областях всегда присутствовала низовая структура. Сиур. Шесть планетарных систем, населенных разумными существами, взаимосвязанных друг с другом энергетически и ментально. Иначе просто не бывает. Даже в белой области системы общаются — информационные поля проникают друг в друга, возникают и распадаются соединения, идет постоянный обмен информацией.

Этой системе было не с кем обмениваться. Она была одна, как перст.

— А… — Лин хотел было начать фразу, но Пятый опередил его.

— Это как? — спросил он.

Лин промолчал. Он снова крутанул схему, потом перевел ее в другую плоскость, развернул, снова сложил.

— Бред, — констатировал он. — Такого не бывает.

— Давай на мир глянем, — предложил Пятый. Он был к тому моменту пьян настолько, что руки не слушались.

— А давай! — оживился Лин.

Глянули. Потом еще глянули. Вроде бы планета как планета, десятый цикл, но…

— Не понимаю… — Пятый с трудом передвинулся поближе к Лину. — Это… это как?.. Это почему их тут две?! Должна одна быть…

На планете сосуществовали две генетические модели. Чего-чего, а этого точно не могло быть. Ну никак!.. Преемственность — это да, это бывает. Но одновременно… Опять какая-то чушь!.. Не могут они развиться одновременно!.. Две разумные расы, два ареала видов — никак не взаимосвязанных, две истории… это невозможно.

Планета как планета. Звезда, как звезда. Не синхронизировано время, но это естественно — мир вне связки, вот и мотает его, как жесть по ветру.

— А это еще что? — спросил внезапно Лин. Он случайно вывалился в информационную стадию осмотра — и оторопел.