Учителя? Никто из знакомых ему педагогов никогда не позволил бы себе даже захихикать на столь солидном форуме. Тем более гоготать во все горло. Правда, между взрывами смеха Майкл услышал, как кто-то раздраженным голосом пытался отчитывать собравшихся.

Мгновенно забыв о мучивших его несколько секунд назад неприятных ощущениях, О'Брайан решительно подошел к полуоткрытой двери и проскользнул в битком набитую аудиторию.

В противоположном конце зала он увидел скорчившуюся женскую фигуру, ковылявшую к пустой, слабо освещенной сцене. Взобравшись на помост, это старое скрюченное создание подняло, насколько было возможно, голову и с выражением непередаваемого страдания посмотрело в зал.

— Ле Монт! — заскрипела она, как бы обращаясь к кому-то. — Для меня ничего не стоит потратить три дня, лишь бы ты попал на урок английского языка. В моем распоряжении — все отведенное миру время. И даже если ты, мой мальчик, к окончанию курса будешь таким же старым, как я сейчас, все равно тебе придется закончить восьмой класс! Порочить святое имя твоего папы, заставлять плакать замечательного учителя! Такое можно позволить себе в трехлетнем возрасте. В три года и впрямь еще нельзя одному ходить в школу. Значит, мне придется водить тебя, дурачка, за руку из класса в класс, пока ты не научишься вести себя, как подобает подростку в четырнадцать лет!

Поняв, что перед ним прекрасная актриса, Майкл стал с восторгом наблюдать ее игру. Женщина же наклонилась еще ниже и изобразила, как трясущейся рукой берет за ухо непослушного мальчугана, не желающего идти в школу. Майклу казалось, что он даже слышит протестующие крики мальчишки, которому больно крутят ухо и хотят утащить в самый конец сцены, где темно и страшно.

Внезапно сцена ярко осветилась, а сгорбленная старуха сразу же выросла чуть ли не на пол-ярда. Ее одеревенело согнутые ноги стали стройными и изящными, а спина выпрямилась. Фигура приобрела гордую, независимую осанку.

Когда же она повернулась лицом к залу, Майкл остолбенел от изумления. Вместо достаточно пожилой негритянки, как он ожидал, на сцене стояла стройная блондинка с золотистым цветом кожи. На вид ей можно было дать лет тридцать или около того.

Задорные карие глаза обвели взглядом аудиторию и на мгновение задержались на Майкле. Сердце его отчаянно забилось.

Это не раз случалось с ним и раньше. Его притягивали к себе светлые, словно тронутые позолотой, волосы, мерцающий блеск светло-коричневых глаз или дерзко приподнятый округлый подбородок. Каждый раз Майкла тянуло подойти поближе, приглядеться и убедиться, что эта женщина не Лора. Так оно и случалось. За последние пятнадцать лет было много похожих, но самой Лоры — никогда.

А теперь исчезла и сама потребность ее искать. Ему нужна была только Кэтти. Но он прищурился и принялся внимательно разглядывать стоявшую на авансцене женщину. Волосы той были темнее, чем у Лоры. Вроде бы и фигура постройнее. Но глаза! Светло-карие, чуть раскосые, как у дикой кошки. А улыбка! Ослепительная, завораживающая! Такая могла быть только у…

Майкл поднял глаза к небу, словно ожидая увидеть там вероломных индейских божков, с трудом удерживаясь, чтобы не погрозить им кулаком. Именно теперь, когда Лора Нордхейм была ему не нужна, качина устроили их встречу!

Тем временем Лора подошла к микрофону и сказала в зал:

— Миссис Манграм сдержала слово. С того дня и до конца недели за руку или за ухо она регулярно приводила Ле Монта на каждый урок. В конце концов непослушный мальчуган бросился на колени перед бабушкой и директором школы, умоляя их разрешить ему самому ходить на занятия. При этом обещал прекратить пропускать уроки и усердно учиться.