Сейчас на лице сатаны поселилась радость, будто он, наконец, получил то, чего так долго хотел.

– Желаешь покинуть веселье?

– Да, – уже без прежнего задора ответила дева.

– Хорошо. Считай, что тебя здесь и не было.

В следующее мгновение они оба оказались в его покоях. Елейла прекрасно понимала, зачем она здесь. Ведь этот пир был неким обрядом, прелюдией.

– Здесь тебе больше нравится? Или моя компания для тебя тоже нестерпимая мука?

Но вместо ответа, падшая подошла к нему вплотную, заглянула в черные глаза, а после аккуратно, будто крадучись, поцеловала.

– Я знаю, чего ты хочешь, – прошептала она, склонившись к его шее. – И раз того желает Владыка, я не смею отказать.

– Мне нужно, чтобы того хотела и ты.

– Я хочу.

Тогда Люцифер запустил руки ей в волосы, слегка потянул за них, отклонив голову назад:

– Не лги мне… ты не хочешь, ты ненавидишь меня.

– Так помоги мне захотеть.

Сейчас ее лицо поглотил полумрак, лишь черные глаза продолжали сиять.

И сатана боле ничего не сказал, он взялся пальцами за края ткани у шеи падшей и медленно разорвал, материя подобно траурнице  единожды вспорхнула и плавно слетела вниз.

Елейла в свою очередь сняла с него рубашку, впервые она лицезрела обнаженный торс Владыки Ада. Красивое рельефное тело пленило ее, греховность мыслей боле не смущала, а желание близости сковало разум подобно огненному обручу.

Люцифер видел ее взгляд, слышал ее дыхание, ощущал ее трепет, отчего его желание только росло.

– Этой ночью ты станешь моей навсегда, – серьезным голосом сказал он. – Ни одно существо боле не посмеет к тебе приблизиться, такова моя воля.

– Я знаю, что такое преданность.

Неожиданно падшая ощутила под ногами воду, вскоре вокруг них все преобразилось. Исчезла мебель, комната обратилась пустой залой с колоннами, полы которой были покрыты гладким мрамором бурого цвета, однако поверхность застилала вода, доходившая до щиколотки девы. Здесь всюду царил полумрак, потолки как всегда утопали во тьме.

Сзади к падшей подошел Люцифер, он аккуратно убрал ее волосы с правого плеча, затем поцеловал его, скоро Елейла заметила, что руки сатаны приобрели багровый оттенок.

– Таков я есть, – прошептал он.

– Могу я смотреть на тебя?

– Если настолько сильно желание, – говорил он и продолжал целовать ее спину, шею.

Елейла аккуратно высвободилась из объятий и повернулась к нему лицом. Люцифер был таким, каким его описывали святые, но они умолчали о его истинной красоте. Ни красная кожа, ни желтые глаза, ни рога не смогли испортить того, чем сатана был награжден при рождении. Все в нем говорило о величии, о воле и силе характера, о превосходстве.

Сейчас Елейла опустилась на колени, погрузившись ногами и бедрами в горячую воду, за ней следом опустился и он.

– Я хочу познать тебя полностью, хочу ощущать твое внутреннее тепло, – говорил он.

Сатана медленно положил ее на спину, затем коснулся колен и аккуратно развел их в стороны. Елейла в этот момент вскинула руки вверх, отчего в разные стороны полетели брызги. Люцифер тотчас поймал ее руки, заключив кисти в свои ладони. Тогда дева опустила их у себя за головой, потянув за собой и его. Сатана оказался над ней, он уперся локтями в пол, а его бедра оказались как раз между ног падшей.

– Ты не такая уж и набожная, – усмехнулся Люцифер, глядя ей в глаза.

– А ты не такой уж и Владыка…

Ее слова заставили сатану улыбнуться еще шире.

Он склонился к ней, его губы касались лица, шеи, ключиц, отчего Елейла издала легкий стон, ее тело слегка выгнулось, подавшись навстречу сатане.