– Что с тобой?

– Ничего, – сквозь боль просипела она. – Как видишь, даже демонам случается страдать в геенне.

– Ты мне зубы не заговаривай. Ты сейчас сгоришь изнутри, посмотри на руки.

И действительно, на руках проявились вены с практически кипящей кровью внутри, а скоро и глаза девы приобрели багровый оттенок, ее тело начало дымиться. Абигор немедленно созвал воинов и приказал отнести падшую к ваахам, сам же поспешил к сатане.

Ваахи уложили ее на алтарь, один из старейшин призвал демона, что изрыгал холод. Двухметровый демон с абсолютно белой кожей и голубыми светящимися глазами возник из ниоткуда, стоило ему приоткрыть рот, как оттуда тут же вырвался поток ледяного воздуха. Он подошел к алтарю и положил руку деве на грудь, Елейла мгновенно покрылась ледяной коркой, из под которой послышалось шипение. Вены на ее руках пропали, глаза приобрели прежний цвет.

– Ваша демоница так долго не протянет, – гортанным голосом произнес демон. – Либо я заморожу ее, либо она сгорит.

В это время старый ваах встал в изголовье, взял в руки древнюю книгу, и хотел было зачитать одно из посланий древних демонов, как остальные его остановили:

– Она не больна, – сказал один из них. – Здесь другое. Нам нужен Владыка и как можно скорее.

Когда старый ваах посмотрел на деву, то его седые брови поползли вверх от удивления. Тогда как все тело падшей было покрыто ледяной коркой, в области живота лед таял, а кожа продолжала гореть.

Люцифер с Абигором не заставили себя долго ждать, оба вошли в залу с озабоченными лицами и немедля проследовали к алтарю:

– Что произошло? – спокойно спросил сатана, но при этом бросил яростный взгляд на старшего из ваахов, отчего тот сразу засуетился.

– Произошло нечто удивительное. Ваша демоница ждет ребенка.

– Что за околесицу ты несешь? Какой еще ребенок?

– Тут, хозяин – зловеще усмехнулся старец, – вам лучше знать, какой ребенок.

Тогда Люцифер подошел к Елейле еще ближе и посмотрел ей на живот. И взгляд сатаны дрогнул от увиденного, ибо живот падшей был освещен оранжево красным светом изнутри, а в центре этого источника света, как в ореоле покоился эмбрион трех четырех месяцев от роду. Каждый из стоявших рядом видели это, поистине, чудо. Свет то мерк, скрывая дитя от глаз, то становился ярче, снова и снова являя создание взорам смотрящих.

– Этого не может быть, – замотал головой Люцифер. – Меня лишили права продолжать свой род, это не мой ребенок.

– Насколько нам известно, – начала скрипучим голосом еще один из старцев, – столь особенные дети появлялись не просто так. Они посланники, на них возложена особая миссия еще до рождения. И только представьте, Владыка, какие великие дела вы сможете вершить с помощью этого дитя, если оно, конечно, ваше.

– И как же проверить? – с недоверием спросил Люцифер, глядя на падшую.

– Проверить можете здесь и сейчас. Всего то, положите руку ей на живот и если дитя ваше, оно захочет пообщаться, – усмехнулся он.

Сатана неуверенно протянул руку и аккуратно приложил ладонь к животу Елейлы. И ваах оказался прав. Свет тут же вспыхнул, затем сменил окраску с оранжево красного на сине черный, а Люцифер сам того не желая явил свою суть.

– Вот, – довольно кивнул ваах, – это бесспорно ваш отпрыск.

Но Владыка скривился и отошел от алтаря.

– Этот ребенок носитель божьей искры, в нем сошлись и тьма, и свет. И неизвестно, чего больше. Слишком велик риск, – Люцифер вернул прежнее самообладание. – Что с Елейлой? Почему ее тело горит?

– Ангелы не рождаются в Аду, а поскольку дитя наполовину ангельских кровей, то часть его души противится, страдает, чем причиняет ответные страдания и матери.