Кейт замерла, встретившись взглядом с Энн.

 — Где мы?

 Они ехали со вчерашнего дня, без единой остановки, только отпустили кучера у придорожной гостиницы. С того момента экипажем управляла Энн, и леди Бенсонхерст предпочла сидеть рядом с ней. Кейт предполагала, хотя окна были зашторены, что ехали они на север.

 Энн чуть улыбнулась.

 — Выходи.

 Напряжение Кейт нарастало. Ей не понравилась улыбка превосходства на лице Энн. И глаза ее блестели так ярко, что делалось не по себе. Ее подруга повредилась рассудком — другого объяснения ее поведению не было.

 — Энн, я хочу поговорить с тобой, — начала Кейт.

 Энн подняла пистолет.

 — Мама, развяжи ей ноги, чтобы она могла идти.

 Одним движением маленького ножа леди Бенсонхерст удалось сделать то, чего всю ночь пыталась добиться Кейт, и теперь ее израненные пальцы кровоточили. В ногах моментально возобновилось кровообращение. Эффект оказался таким сильным, что Кейт вскрикнула.

 Энн спустила предохранитель.

 — Я сказала, выходи, Кейт.

 Пришлось подчиниться. Ей удалось встать, но ее шатало, и она не могла ни за что ухватиться, поскольку руки были связаны. Энн схватила ее за локоть и грубо вытащила из экипажа и толкнула вперед.

 Кейт ахнула. Она стояла перед своим коттеджем в Коукс-Уэй. Но дом был заперт. Там теперь никто не жил. Эдвард сказал, что никогда не сдаст это место.

 — Что мы здесь делаем? — вскрикнула Кейт.

 Энн еще раз толкнула ее с какой-то нечеловеческой силой.

 — Ты что, считаешь меня полной дурой, Кейт? Думаешь, если рассказала мне о ребенке, я не смогу разузнать о твоей жизни все до мельчайших подробностей? — Она коротко засмеялась. — Недавно я выяснила, что на время беременности Эдвард поселил тебя здесь. Какая ирония, ты не находишь? Ты исчезнешь здесь, под самым его носом, в том месте, где он никогда не догадается тебя искать. Я потратила много дней, чтобы решить, где тебя спрятать!

 Кейт, отказавшись идти вперед, повернулась к Энн.

 — Я не стану этого делать. Энн, разве ты не понимаешь, что не сможешь таким образом построить свое будущее с Эдвардом? Ты не можешь построить жизнь на лжи, а уж тем более на убийстве! — Она повернулась к матери Энн, Та стояла у экипажа, не глядя на них. — Леди Бенсонхерст! Прошу вас, остановите свою дочь, пока она не совершила страшного и подлого преступления!

 Леди Бенсонхерст посмотрела на Кейт. Она была белая как полотно, глаза расширены, под глазами залегли темные круги. Кейт надеялась увидеть проявление силы духа. Но увидела только покорность.

 — Иди, — проскрежетала Энн, толкая Кейт, но не к дому.

 Впереди была башня.

 Кейт похолодела.

 Она всегда ненавидела эту башню. И никогда не заходила в нее. Эдвард постоянно подшучивал над ней по этому поводу. Кейт затрясло — до судорог.

 — Пожалуйста, не делай этого, — прошептала она, стуча зубами.

 Энн снова грубо подтолкнула ее. Тяжелая деревянная дверь была открыта. Кейт остановилась. Она не войдет туда — не сможет. В башне, поняла Кейт, она найдет свою смерть.

 — Входи! — Энн втолкнула ее внутрь.

 В башне было холодно, сыро и душно. Сначала Кейт ничего не различала, потом глаза привыкли к темноте. Крыша местами отсутствовала, и высоко, слишком высоко, чтобы добраться до них, вывалилось несколько камней.