Мы перекинулись ещё парой слов, но обсуждали уже текущие вопросы.

Закончил разговор с помощником я в тот же миг, как и закончил зарядку. Начал одеваться, и…

Вновь затрезвонил телефон.

— Максим, здравствуй! — выпалил в трубку граф Игнатов.

— И вам не хворать, Алексей Михайлович.

— Ну что с тобой не так? Знаешь, сколько раз я за сердце хватался, когда узнал, что ты что-то не поделил с фракцией царевича Дмитрия?

— Я вас уже отблагодарил за помощь во время того противостояния, — быстро произнёс я.

— Да причём здесь это! Максим, ты в самом деле решил бодаться против целой Красноярской губернии? Максим, ты…

— Алексей Михайлович, — сухо перебил его я. — Я вам доверяю как родному, потому скажу прямо. Нынешний Красноярский губернатор занял своё место, подстроив гибель родных моей невесты. А мою невесту — свою племянницу Кристину, он собирается выдать замуж… да ему всё равно за кого, лишь бы получить от этого пользу.

Несколько секунд Игнатов молчал, а затем напряжённо произнёс:

— Стало быть, Красноярску придётся готовиться к смене губернатора. Помощь нужна?

— Нет, спасибо. Сам справлюсь.

— Хах. Как я и думал. Ладно, держу руку на пульсе и больше не отвлекаю.

Он положил трубку.

Явно побежал проверять то, что я ему только что сказал по своим каналам.

А умный мужик, наш полковник Игнатов — даже не спросил, собираюсь ли я использовать имеющиеся у меня сведения в правовом поле.

Конечно, нет!

Что сделает закон Стрижову-старшему? Да ничего! Я представлю записи допроса обоих младшеньких Стрижовых, а мне скажут, что я под пытками выбил нужные мне слова у несчастных пленников. А потом ещё и предъявит уже мне по всей строгости за удержание и допрос аристократов до начала войны. То, что Стрижовы первые напали — не отменяет того, что я тоже нарушил закон. Да, убить напавших на тебя — норма. Но нужно вызвать ВКЖ или на худой конец полицию, сдать им пленников и помогать следствию.

Ничего этого я не сделал.

Короче, дырявый закон в Империи в условиях воюющих фракций. Стану императором и наведу, наконец, порядок.

Пиликнувший телефон отвлёк меня от дум.

О, братишка Владислав пишет:

«Привет, Макс! Как ни выйду из аномалии, так тебя постоянно кто-то убить хочет. Дебилы, млять. Короче, сочувствую, что приходится на них тратить время. Надеюсь, ты обогатишься, и твои ребята не особо пострадают. Но хочу напомнить, что ты должен взять Высший ранг Стража. Никакие аристократские войны не дают тебе права забить болт на наши договорённости. Так что быстрее давай меняй губернатора в Красноярске и дуй по аномалиям. Я, кстати, в Хабаровск полетел, там очень весёлый Апокалипсис открылся. Покеда!»

Я тихо засмеялся. До чего я довёл местных жителей, а? Они уже даже не сомневаются, что графский род, в котором всего один граф, сможет вынести вперёд ногами губернатора огромной губернии и всех его союзников.

Опять запиликал телефон. О, ну, конечно же, это ПЕВГ! Куда ж без него.

Этот братец писал примерно то же самое, что и Владислав. Правда, он сочувствовал Стрижовым, называя их «зазнавшимися дураками». А затем была приписка:

«… хотя я и сам себя теперь чувствую дураком. До сих пор не понимал, кто тебе чинит машины. Знал ведь, что девушка с подвохом. Но не угадал, что это беглая графиня Стрижова. У вас что же, получается парочка двух инкогнито? Ха! Совет да любовь! Можно ведь уже желать, да? Раз ты не отдал её дядюшки, стало быть, серьёзно настроен».

Я написал ему, что мы с Кристи женимся, и задумался о том, как же быстро он понял, в чём истинная причина войны. Полагаю, все, кто интересуется моей жизнью и знают про мою автомеханицу, теперь тоже догадываются, какая у неё фамилия.