— Не обязательно, — возразил дядька Гирен. — Островитяне ценят удачу выше всех добродетелей, ибо море непредсказуемо, как и бог, которому они молятся. Морские бароны верят в свою Звезду — как и те, кто идёт за ними. Серебро лишь скрашивает путь. Я думаю, он дал им осадную технику.

— Они строят лучшие корабли в трёх морях, — холодно сказала Адель. — Они способны соорудить крытый таран, штурмовую лестницу, а то и осадную башню — при наличии дерева и времени. И всё же, их ведёт только жадность. Просто пришёл момент, когда алчность перевесила страх. Возможно, Аст Инобал отправил с ними своих вассалов — или даже сам плывёт с ними, чтобы придать их грабежам ореол мести.

Каждый говорил в рамках своей логики: Гирен — как воин, Вокула — как администратор, Адель — как благородная, уверенная в роли необходимости наличия лидеров из её сословия. Один только Фанго молчал. Я отыскал его глазами сквозь дым курительниц.

— А вы, сеньор Фанго, что скажете?

— Мой сеньор, — Фанго поклонился и мягко выступил вперёд. — На самой границе с Тельтау есть… Я не назову это городом. Его зовут то «Устье», то «Город бурлаков». Там товары с кнорров перегружают на плоскодонные баржи, ведь Канал в том месте мелок. Это место — словно вытянутое в длину пристань, будто десять портов Караэна, но ни одного настоящего города. Формально власть там у местных семейств, но по факту — у гильдии бурлаков. И есть слух, что Селларе давно связан с Сорскими островами. Что, если Аст стал посредником между пиратами и бурлаками, обеспечив им проход через Устье без преград, без верёвок на воде, без засады на берегу и без потопленных барж?

Я хмыкнул. Ну да, Фанго везде видит заговоры. Адель покачала головой, Гирен распушил усы — значит, не согласен. Вокула фыркнул:

— И уничтожить то, что кормит их? Их мастеров выбирают за ум, а не за запах, и вряд ли они добровольно позволят пиратам угробить их дело.

— Не вы ли, сеньор Вокула, говорили, что люди чаще всего теряют настоящее ради иллюзий будущего? — неожиданно резко отозвался Фанго.

Интересно. Все вдруг против Фанго. Фарид как-то сказал мне: если все в комнате не согласны с кем-то — возможно, он прав.

— Допустим. Но встанут ли бурлаки плечом к плечу с пиратами?

— Нет, — сказал Гирен. — Даже изгнанники с островов стараются держаться особняком. Один может стать другом. Десять — это звери. Кровавые и злобные.

— Их верования чужды и омерзительны, — подхватила Адель. — Они поклоняются Звезде, но что это значит — неведомо. Это делает их замкнутыми и враждебными.

— Бурлаки могут выставить людей для защиты своего здесь и сейчас. Но у них нет бойцов, как у караэнских гильдий, — вставил Вокула. — Им некого выставить в поле. Они не пойдут на открытую войну. Оттого и проглотили обиду в Караэне.

— Или не проглотили, — отозвался Фанго. — Но если бы начали действовать сами, собирать и вооружать своих, я бы знал. Пока всё тихо.

Я кивнул. Мысленно отметил: Сперат оказался мудрее, чем я думал. Надо бы к его мнению прислушиваться чаще.

Разговор продолжался ещё, но уже без особого смысла. Адель и Гирен обсуждали вооружение пиратов. Полезно, но не срочно. Последний урок Волоку я решил не объяснять, а показать.

— Сеньор Вокула. Пошлите гонцов к Великим Семьям. Опишите ситуацию, выясните, кто из них готов выставить всадников нам в помощь. То же с гильдиями. Серебряных пока не трогайте. Сеньор Фанго, нужны все возможные пути вдоль канала. Где идти, где сплавляться, где ночевать. Всё, что может понадобиться. Сеньор Гирен — займитесь войском. Пусть Сеньор Леон помогает.

И всё в таком духе.