Но в чем-то Сперат прав. Что за проблемы бывают в мире, в котором есть магия? В нем есть магия, и это главная проблема. Некая сила, которую трудно объяснить. Что-то вроде гравитации. Она есть везде и это значит, что все действия надо совершать с учетом этой силы.

Например, человеческие трупы тут обязательно сжигают, или выбрасывают в реку, или сдают на утилизацию специальным жрецам. Если просто убить человека и бросить, есть не маленький шанс, что мертвец встанет. Или еще что противоестественное случится.

Поле большой битвы, где было много жертв, а победители за собой вовремя не прибрали — в этом мире становится как маленький Чернобыль. Появляются странные звери, невидимая смерть, болезни и удивительные урожаи. Согласно общему мнению, Дикие земли в большинстве своем, разрослись на месте древних битв.

Солнечные лучи тут не только антибактериальное средство, но и антиколдовское. Оставить труп в тоннеле под городом, как подложить кусок радиоактивного материала под жилые районы. Свои же не поймут. И неизвестно, чем дело кончится.

Я продолжал идти вперед — возвращаться в Университет не хотелось. К тому же, кто бы не убил студента, он уже давно ушел…

— Еще один? — удивился Сперат. — Даже два?

Эти были такие же. Перекошенные лица, без ран и крови вокруг. Разве что, в отличии от первого, эти скрюченные, словно пытались закрыться от ударов, да так и умерли. У одного в руках был меч, но наметанным глазом Магн определил, что воспользоваться им бедолага не смог. Клинок чистый, да и держит неуклюже, как будто едва успел вытащить.

— Кто видит, где их проткнули? — с интересом склонилась над трупами Гвена. — Я не вижу. Кстати, а что они не погрызенные?

Сперат подсветил и после некоторого молчания, посвященного изучению одежды мертвецов, мы не нашли ни единой лишней дыры. Не брезгливая Гвена разжилась двумя тощими кошельками. Сперат промолчал, я и вовсе мысленно похвалил девчонку — хозяйственная.

— Верно говоришь. Очень странно, что крысы не добрались, если со вчерашнего дня лежат, — сказал Сперат, видимо, чтобы хоть что-то сказать. — Кстати, крыс я тут вообще что-то не вижу.

И вот тут у меня вдруг в мозгах как будто шестеренки провернулись и я понял, что тут произошло. Я тихо матюкнулся на русском и зашипел:

— Ко мне, все ко мне. Спиной друг у другу встали! — я оглянулся, чтобы проверить как выполняется моя команда. Команда выполнялась хорошо. Меч Хуго оказался у Гвены, что не очень хорошо, но держала девушка его уверенно. Как только остальные столпились рядом со мной, я продолжил: — Каждый смотрим в свою сторону. Ждем. Потом несколько шагов и снова ждем.

— Чего ждем-то? Магн, чего ждем то? — заволновался Сперат. Паж начал сдавать, его голос стал писклявым.

— Ну ты сам подумай, родной, — сказал я, добавив в запарке не принятый в этом мире  оборот. — Кого боятся даже крысы? Кто прячется в темноте? От кого можно сбежать по текучей воде?

— Всепобеждающее Солнце! — охнул Сперат. — Подождите, у меня соль есть!

И он сломал наше подобие строя, развернувшись и сбросив на землю свой футляр. Наклонился и стал рыться в кармашках на нем. Вот именно в этот момент они и кинулись.

Полупрозрачные фигуры появились метрах в двадцати. Вернее “проявились” — окутались бледным светом, раззявили непропорционально большие темные провалы ртов и кинулись на нас, вытянув скрюченные руки. Людей они напоминали очень отдаленно — как грубая пародия, головы как воздушные шарики, слишком длинные руки, похожие на птичьи лапы.