Для меня — да, немного. Я бы мог купить хоть тысячу ручных пушек. Только кто мне их продаст?

Вокула был не прав. Даже в Караэне — всё ещё средневековье.

А если новое оружие покажет себя в бою — как быстро Отвин, Башня или Таэн, контролирующий медные шахты, сделают точно такое же, или даже лучше?

Правильно. Почти сразу.

Нет. Моего новшества мало. Его надо масштабировать. Наладить стройную организацию. Массовый выпуск.

Чтобы это было не изменение. А цунами перемен. Которое сметёт всё на своём пути.

Глава 21

Переломить судьбу

Уезжать из Караэна не хотелось. Хоть Адель и забрала с собой многое из поместья, без неё оно стало не только менее уютным, но и каким-то… спокойным. Я прекрасно обходился десятком слуг и ел с обычной, серебряной посуды, а не с дорогущего отвинского стекла. И так во всём. Всё стало как-то… проще.

К тому же я потихоньку начал налаживать контакт с главой оружейников. Под честное слово — не делать попыток к бегству — разрешил ему гулять в саду. Сначала одному, потом я стал периодически пересекаться с ним. Уверен, ещё пара недель — и мы бы уже завтракали или обедали вместе. У меня были на него большие планы. Хотя он пока держался холодно и в высшей степени официально, я был уверен: однажды он станет моим союзником.

Белого Рыцаря я отправил прочь почти сразу после победы над Ужасом. Вокула долго расспрашивал Адель о нравах в Королевстве Фрей и, после этого, скрипя сердце, признался, что я немного должен Королю. Я так не считал. Но так считал сам Король — и написал это в письме, которое Вокула до последнего скрывал от меня. Что-то там не доплатили за выкуп с Караэна… К тому же принято делать подарки сюзерену. Нет-нет, никакой дани — просто вот графство Адвес, к примеру, отстёгивает в Иль-де-Фрей шесть тысяч сольдо в год. Из любви.

А я, выходит, уже пару лет как просрочил выплаты. Вокула уверял, что хватит пяти тысяч дукатов. Я решил, что если Король опять решит устроить шевоше — то есть «прогулку» в Долину Караэна — это мне обойдётся дороже. Я удвоил сумму. А ещё десять тысяч решил отослать в Бурелом — не хотелось хранить всё серебро в одном замке. Даже яйца в одной корзине не хранят.

Вот Белый Рыцарь и повёз деньги. Кому ещё довериться, как не этому образцового благородства человеку? Леон отчаянно хотел его сопровождать хотя бы до Бурелома, но я запретил. Мы и без того сильно ослабили личную стражу.

Знаете, сколько это — двадцать тысяч дукатов серебром? Сольдо размером до жути напоминал двухрублёвую монетку — только потяжелее, топорно сделанную и с дикими картинками. Сольдо тут чеканили все, кому не лень. Это добавляло в и без того запутанную денежную систему новую глубину. Например, отвинские сольдо ценились выше примерно на 10% караэнских, потому что в них вроде как было чище серебро. А за отчеканенные «Уважаемой и честной купеческой семьей» сольдо с побережья Луминаре могли и вовсе дать вполовину меньше. Или в морду.

Поэтому их города так и не стали центрами торговли — умные слишком.

Люди у меня с деньгами были опытные. Обычно в сундуках хранилось по пять-десять тысяч монет — потому что тяжёлые. Но для транспортировки заказали сундуки побольше, в которые укладывалось по двадцать пять тысяч монет. Сундуков в штуках меньше — присматривать проще, а тяжёлые — воровство затрудняется. Вес такого сундука вместе с деревом и железом — около сорока килограммов. Даже мне их было тяжело ворочать.

А на четыреста тысяч таких сольдо потребовалось… восемьдесят сундуков. Восемьдесят!

Крепко сбитых телег с большими колёсами у нас не нашлось. Зато получилось сделать и докупить обычные крестьянские подводы.