— Простите мой сеньор, но я позволил себе наглость проверить работы. И должен вам с горечью сообщить, что каменотесы бежали, а работы не окончены!

На самом деле проверил Фредерик. Мне и Вокуле и в голову это не пришло. Стены же чинятся, деньги уплачены, какие могут быть проблемы? Убедиться что все обстоит именно так на самом деле, решил Фредерик. Сразу видно, у капо большой опыт руководства жизненно важными проектами. И он готов к тому, что люди готовы рискнуть жизнью, но ничего не делать. Забавно, пока Фредерик, пожалуй, лучшая моя инвестиция. Правда, и единственная.

Тем временем в зале ратуши поднялся гвалт. И это собравшиеся еще не знали, что на самом деле все было еще хуже. Две недели свора каменщиков скорее разбирала стены, чем ремонтировала их. И у нас сейчас в двух местах стены, фактически, проломы. А пару дней назад эти джамшуты тихонько убыли своим табором, оставив вместо себя десяток местных наемных рабочих. И этого никто не заметил! Дело, наверняка, в щедрых откатах. Но это был серьезный удар по обороноспособности.

Магн подробно изучал неудачную осаду городка в паре дней пути к югу от Караэна. городок выдержал двухмесячную осаду от объединенных сил нескольких могущественных семей, имея стену в три метра высотой и удобное расположение на возвышенности. Как сказал тогда учитель Магна, “Даже прачка с ведром кипятка может ранить рыцаря. Если она будет на стене, а он достаточно глуп, чтобы оказаться под стеной”. При условии наличия на них решительных защитников, стены в этом мире — абсолютно ультимативное оружие. Не зря Караэн так потратился, строя свои.

Я некоторое время ждал, пока возмущенный гомон после неприятной новости стихнет. Однако, возмущенный гомон не только не стихал, а начал перерастать в паникующие вопли. Этого уже допускать было нельзя.

— Тихо! — рявкнул я. И меня вряд ли кто-то услышал. Я пропустил момент, когда я мог перекричать шум толпы. Я снова ударил по столу. Тот жалобно скрипнул и одна из толстых досок сломалась. Но я это скорее почувствовал, чем услышал — так вокруг орали. Хотя уважаемый Март умудрялся перекрывать своим возмущенным визгом всех. Я неожиданно даже для себя рассвирепел, схватил стол и швырнул его в стену. Стол был большой, очень тяжелый и оттого к его полету невольно отнеслись со всем вниманием. Как ни странно, но в стену я промахнулся. Стол попал в окно, вышиб стеклянные квадратики в массивной раме и вместе с ней выпал на улицу. Этого грохот опять заставил людей притихнуть.

— Следующий, кто раззявит пасть без разрешения, полетит туда же! — рявкнул я. — Хотите что-то сказать, поднимите руку и ждите своей очереди! Ясно?! — Все молчали. Будем считать это знаком согласия. Я рявкнул. — Сакс!

От двери ко мне быстрым шагом приблизился капо стражи. Я показал ему на бледного Марта.

— Взять его и бросить в темницу. Степень вины выясним потом!

Март чуть было все не испортил. Он вскочил, начиная завывать, но тут же захлебнулся криком и осел обратно. Очень кстати оказавшийся рядом с ним Фредерик без затей ударил его по затылку кулаком в латной перчатке. Как молотком — боксировать-то тут не умеют. Благородные и уважаемые люди молча проследили глазами как Сакс тащит к выходу бессознательное тело и перевели внимательные взгляды на меня.

— Пьяго Тук! — рявкнул я. Разумеется, этот глава самой влиятельной в городе гильдии ткачей тут присутствовал. И, в отличии даже от меня, он сидел на стуле. Хоть ему и хватило ума не избираться в городской совет, но эта, и некоторые другие детали, вроде тесной группы вооруженных сторонников вокруг, выделяли Пьяго из толпы. — Все знают вас как человека надежного. Я поручаю вам стены. Наймите плотников и каменотесов и укрепите стены. Если надо, разберите дома. Заплатите владельцам. только заплатите честную цену.