|
Магн на этот счет молчал — такого опыта у него не было. Но внутри меня все просто кричало: “Хватай меч, втыкай в спину Урса!”. Я прям сдерживался. Может, сказывалась разница мировоззрений. Это для человека в моем мире мужик из другого государства может запросто стать смертельным врагом. С которым “либо он, либо ты”, вот и все отношения. А тут к этому проще относились. Подрались, копьями померялись, выяснили кто тут папка — и принимай последствия. Но веди себя прилично. В этом был глубокий смысл — потерять лицо рыцарю, это не просто опозориться самому и оказаться выдавленным на социальную периферию. Что означало, как правило, смерть. Причем, то же самое еще и для твоих детей и внуков. Так что внутри сословные правила следовало соблюдать. Это у нас, в Регенстве, дикие люди, потому как денег очень много. А на севере люди поконсервативнее.
Вот горожанам, сдавшимся в плен повезло меньше — им связали руки, а потом накинули на шеи веревочные петли, прикрепленные к длинному и тяжелому бревну. Впрочем я видел это краем глаза — сам-то я, как белый человек, уехал с поля боя на коне довольно быстро. Как я говорил, Урс был так любезен, что сопровождал меня лично. Я подозревал, что Красный Рыцарь просто боялся, что меня отобьют по дороге конкуренты. Уезжая, я успел заметить, что лучники Виллы нашли укрытие в городке на скале, который я видел еще перед битвой. Местные называли такие поселения городом, хотя там было от силы полсотни домов. Зато, умело вписанные в ландшафт, с грубыми но надежными стенам, городок выглядел настоящей крепостью. А увидев десяток утыканных стрелами трупов в поле перед этими стенами, я окончательно перестал беспокоиться за судьбу лучников Виллы. А вот наш правый фланг, похоже, был просто уничтожен. Я увидел только несколько десятков тел там, где они стояли. Видимо, сопротивлялись они не долго. А потом, множество тел дорожкой в сторону окруженных стенам огородов. В разы больше. Местами прямо кучами. Будто кто-то нес большой мешок трупов и из него сыпалось. Скорее всего, тут ополченцы не смогли выдержать и первого удара северных рыцарей и побежали. А северяне их преследовали и убивали в спину. Это явно куда удобнее, чем переть на плотную толпу. Меня поразило, как профессионально мародерствует пехота наших врагов. Они обдирали с убитых не только доспехи, но и одежду. Ну да, одежда то на моих парнях была добротная. Я привык к виду горожан, но пока мы ехали к месту боя, я насмотрелся на деревенских, и теперь мне было с чем сравнивать. Конечно, домик в деревне, как за одну мою куртку, не купишь. И все же это хороший, ценный трофей. Тут же средневековье, любой предмет — это авторский эксклюзив. Что бы просто наткать материала для сносной курточки из шерсти — надо от трех до шести месяцев труда ткачихи. Положим, зарплату для труда человека без специального образования, в 200 $ в месяц. Уже выходит, что себестоимость только материала для одежды выходит от 600$ - эквивалент такой суммы надо будет отдать производителю, это без маржи или наценки. А еще надо это дело пошить, украсить. Это в моем мире ботинки за тысячу баксов признак безумного богатства, а тут бы это была нормальная цена. Причем, понятие "БУ" не существует. Если трусы не сильно поношены, их вполне можно толкнуть за полную цену. А если удастся раздеть рыцаря, с его прекрасно пошитым хорошим портным костюмом из дорогой ткани — за это можно дом купить, и свадьбу справить. Одежда штука дорогая, товар ходкий, и всем нужный. Поэтому голые люди на полях сражений в этом мире явление типичное. Хотя, говорят, и в моем мире есть места где тоже так. До сих пор. Чем дальше мы отъезжали от Караэна, тем больше я замечал и другие признаки этой скрупулезной бережливости. Голые трупы горожан у горящих хуторов, например. Были и женские истошные вопли и пара неприятных сцен с насилием. Мародеры так и сновали по округе. Слишком многие местные жители не успели убежать. |
