Она держала меч за рукоять, острием к верху. Положив его себе на плечо, явно копируя Гвену. И я сначала опасался, что она разрежет меня этой штукой пополам. К счастью, ведьма была очень осторожна. Гвена задумчиво огляделась. Я машинально посмотрел в темноту и ничего не увидел, кроме пары метров темной воды вокруг лодки. Я пожалел, что отложил эксперименты со шлемом ночного видения на потом.

— Я бы даже сказала, что это озеро точно под ней, — сказала Гвена. — А откуда ты узнала?

— Я чувствую стихию… Воду… Это все царство огромного водного элементаля. Или многих. Они чистят воду. А заодно, и землю сверху. Не специально, — ответила Эглантайн.

Сперат зачерпнул воды из-за борта, принюхался, и осторожно попробовал.

— Чистая, как в фонтане Караэна! — поделился он. И тут же начал умываться.

— Тише, не лакай ты так! Ты грязный! — зашипела Эглантайн. — Ты их разбудишь!

Это предупреждение заставило Сперата притихнуть.

— Постарайтесь ничего не ронять за борт, — сказал я.

В лодке повисла нервная тишина. Но долго прислушиваться к темноте было скучно. Я незаметно задумался о своем.

— Чему вы улыбаетесь, сеньор Магн? — раздраженно спросил Сперат. Наверняка он сейчас был бледный, но в тусклом свете лампадок это видно не было.

— Да так… — сказал я уклончиво. Но увидев, что даже вечно ехидная Гвена молчит, настороженно посматривая на водную гладь, а Эглантайн начала мелко дрожать, явно не столько от влажной прохлады, сколько от нервов, я решил говорить. Иногда не важно что говорить, важно как. Поэтому я набрал воздуха и постарался говорить уверенным, низким голосом. Иногда я вставлял слова на русском, чтобы не терять темп, просто стараясь их тут же объяснить. — Мы с вами, по всей видимости, находимся в очистных сооружениях. Когда-то давно, тут очищали воду и подавали её в города в долине Караэна. Что забавно, так это то, что они делали это с помощью магии. Огромная сила, поставленная на службу людям. Уверен, это не все. Они также с помощью магии выращивали себе еду, освещали свои дома… Да все остальное. Огромная сила. Удивительно, что Древняя Империя пала.

— Она пала, потому что должна была. Император тиран, вор и обманщик. Обман всегда становится очевиден. А страх, через время становится привычен и уже не способен удержать! — запальчиво сказала Эглантайн. И вскинула подбородок, готовая к возражениям. Впрочем, с этой еретической никто спорить не стал. Хотя, конечно, скажи она это в Таэне, её бы точно сожгли. А тут компания подобралась терпимая — я не местный, Гвена тоже, Сперат вообще студент. Он, скорее, на её сторону встанет. Тем не менее, мне стало интересно, что еще Эглантайн скажет. Вот только она не любит отвечать на вопросы, как я заметил. Я осторожно закинул удочку:

— Меня учили, что Император был бессмертный. А потом в Империю вторглись эльфы, долгобороды, нежить и гоблины. И его убили. Или не убили. Но только потому, что его предали, — сказал я, делая паузу после каждого предложения. Эглантайн наконец заглотила наживку и обернулась ко мне, едва не задев меня своим клинком. И заговорила так, как будто отсчитывает непослушного ребенка.