В тенях по углам, куда не доставал свет падающий через дыру в крыше, сновали фигуры, кто-то разносил еду, кто-то посверкивал оружием. Но главные, это те, сплошь седые, что зябко кутались в овечьи шкуры, сидя на каменных скамьях. Видимо, это и есть Старейшины. Многие из них оказались старухами. Присутствие женщин меня удивило, а опыт Магна вообще подсказал, что присутствие женщин в «Совете старейшин» — верный признак, что это нечто декоративное, не имеющее реальной силы.

— Ты назвался Магном Итвисом. Кто может подтвердить твои слова? — проскрипела старуха из сумрака. С золотыми дукатами, вплетёнными в волосы, со следами былой красоты. Она косилась на меня с неприязнью, пренебрежительно отведя лицо в сторону. Наверное, эта привычка у неё осталась с молодости — так красавицы смотрят на мужчин, пока сами не обожгутся о любовь. Похоже, этой «повезло», и она так и не обожглась. Отсюда и злая желчь, которой пропиталась она вся. Недовольно сморщенное лицо, опущенные уголки губ, да даже её голос…

— Я!.. — выступил позади меня один из тех, кто сторожил вход в дом старейшин. Я приметил его издалека — в кольчуге, с нормальным щитом, а не как тут было принято, с маленьким, едва закрывающием кулак и локоть. И в шлеме. Звякнув кольчугой, мой внезапный свидетель продолжил. — Я был в Караэне, и видел этого человека, что ехал верхом на белом коне, во главе армии. И все вокруг указывали на него, и говорили, что это Магн Итвис. Это же может подтвердить…

Пока горец за моей спиной называл имена, я отметил его своеобразную вежливость. Он ни словом не упомянул то, что заставило меня ездить по Караэну во главе армии, ни слова о смерти моего отца и заключении брата. Значит, если кто-то об этом вспомнит, это будет оскорблением.

— И что же ты хотел сказать нам, Магн, сын Магна? — зычным голосом сказал один из стариков, который встал со своего места, и подошёл ближе ко мне.

— Вот уже очень много времени наши народы живут рядом. И в то же время, врозь. Я хочу это исправить. Я хочу заключить союз с людьми гор, и протянуть руку дружбы. Ведь мы соседи…

— О, Караэн вдруг решил заметить нас, какая радость! — ехидно выкрикнула та самая старуха с дукатами в волосах, которая «поприветствовала» меня первой.

— Ты говоришь от всего Караэна, или только от самого себя? — уточнил старик.

— Пока, лишь от себя. Но мои слова легко могут стать словами всего Караэна…

Поднялся шум. Старейшины замахали на меня руками и разом загомонили, я мог разобрать только отдельные слова. Но и по общему тону было понятно — они больше не хотели меня слушать. Не дожидаясь, пока меня прогонят, я крикнул:

— Я предлагаю вам Будущее!.. Нет ничего, что может быть важнее будущего! Разве не так? Скажите мне, какой отец не пожертвует собой ради своих детей? Я… Послушайте же меня! Перестаньте оглядываться на прошлые обиды, и посмотрите вперёд!.. Что, если Совет Караэна признает Совет старейшин равными себе?.. Вы получите права…

— Права?.. Ты говоришь о правах, мальчик? — заорал другой старик, вскочив с места.