И, под одобрительные возгласы, он и его сопровождающий приблизились ко мне, и бережно открыли сундучок, в котором, на аккуратной подушечке, лежал полуистлевший пергамент.

— Знаешь, что это?.. Это Имперская грамота, дающая нашим предкам право на перевал Большой Забер! Там печать самого Императора! На право собирать налоги на поддержание его проходимым! И что же, мальчик с золотыми волосами?.. Где этот перевал? Кто им владеет? Кто угодно, только не мы!..

Со всех сторон раздались поддерживающие крики, и началось перечисление старых обид. В том числе и земли, когда-то отнятые у них. Разумеется, все подряд исконные. Среди исконных земель горцев оказалось и Орлиное Гнездо, и много чего ещё… Меня порадовало, что у них тут высокий возрастной ценз — старики уже не могли орать слишком долго и громко. Мне оказалось достаточным подождать пару минут, и они начали выдыхаться.

— А кто в этом виноват⁈.. — дождавшись затишья, и слегка повысив голос, сказал я. — Кто делал те ошибки, что привели вас сюда? Так может, хватит идти по дороге ведущей в пропасть, и начните строить лучший мир! Я предлагаю вам новый союз и надежду на будущее! А вы цепляетесь за старые обиды и жаждете войны!..

К сожалению, я их не убедил. Тут и там стали раздаваться требования, чтобы меня вывели. Неожиданно, меня сзади мягко тронули за рукав. Это оказалось Эглантайн. Она привстала на цыпочки и прошептала мне на ухо:

— У горцев есть поговорка про камень, у которого нет ушей. Это про то, что слова иногда бесполезны. Ты зря пытаешься обратиться к их разуму. Надо обратиться к их сердцу. Дай попробовать мне!

Я пару секунд подумал. В принципе, мои переговоры уже провалены, и я уже видел, как к нам потихоньку приближается охрана, чтобы вывести из Дома старейшин. Так что я ничего не терял, поэтому просто кивнул ей. Эглантайн вышла вперёд, достала что-то из крохотной сумочки на поясе, и бросила это в подёрнутый белым пеплом очаг. Там будто порох разорвался, с шипением и треском. Облачко белого дыма медленно стало подниматься вверх. Это заставило всех притихнуть.

И тогда Эля запела. Низким, глубоким голосом, которого я просто не ожидал от неё!.. Конечно, ведь этот цветочек всегда говорил тихо, тонким голоском. Я же никогда не видел её за работой — колдовством.

Всегда приятно наблюдать за работой профессионала, Но если мы говорим о ведьме — это нужно возвести в степень. Что-то весьма отдалённое можно представить, только глядя на выступление талантливых певцов. Живой концерт в моем мире — вот на что это было похоже. Возможно, в актёрах моего мира тоже есть немного магии.

Мне толком и не запомнились слова той песни. Что-то из того, про что рассказывал Лардо в нашу встречу у Воющего Камня. Старые горские сказки, такие же неприветливые и жёсткие, как их страна. Но короче — словно беглый пересказ. А вместо припева — рефрен «Но это вас не спасло»… Хотя насчет этого я не уверен, что не додумал сам.