Поэтому были наработки. Перекопать дорогу или построить на ней стену мы банально не успевали. Город реквизировал у купцов два десятка повозок. Здоровенные, прочные, с высокими бортами и колесами в рост человека. Их поставили поперек дороги, связав толстыми веревками. Перегородили дорогу с запасом, запихнув повозки и в болото. Получилась импровизированная стена — снятые с очистки каналов рабочие даже прикопали болотной тиной колеса повозок.

Обратившись к Университету в лице Кааса Старонота с простой и понятной просьбой сделать мне пару годных огнеметов. Я даже чертежи набросал. Что-то вроде бронзового шприца размером с холодильник. В процессе объяснение моей очевидной просьбы выяснилось, что для огнемета нужна горючая смесь. И ничего похожего тут нет. Масло для ламп не годилось — его легко тушил даже ветерок. У пивоваров был дистиллят, пара бочек. Но тоже далеко не спирт — горел он плохо. Впрочем, местные пошли другим путем. Они зачаровали несколько десятков глиняных табличек огненной магией. Сами таблички ничего не делали, но огонь рядом с ними горел куда ярче.

На полевых испытаниях, небольшой костерок из хвороста с парой таких табличек внутри, вспыхнул как будто щедро облитый бензином. Даже как следует опалив одежду Сундука, который поджигал его длинным факелом. Второй плотник, явно был ему лучшим другом, потому что немедленно прокомментировал произошедшее «Хорошо что ты лысый как задница, а то бы и волосы спалило». Типичная дружеская поддержка. Я понаблюдал за тем, как полыхал костерок. Продолжалось это примерно так минуты три, пока все дерево не прогорело. Что же, придется работать с тем, что есть.

Я перегородил половиной телег дорогу. Недалеко от Караэна. По данным разведки нежить двигалась примерно со скоростью пешего путника. Что довольно быстро для армии. Видимо им не нужно было тащить с собой обоз. Аж завидно. Выходило, что на последнюю перед Караэном дневку нежить сможет встать на небольшом расширении дороги, примерно в половине дневного перехода от Караэна. Моя стратегия заключалась в том, чтобы продержаться половину ночи. Все сходились на том, что днем нежить крайне мало боеспособна. Вампиры так вообще под прямыми лучами солнца дохнут. Скелеты-воины, которые по утверждению Эфеста составляли «костяк» армии мертвецов тоже не любили солнечные ванны. Вплоть до того, что теряли подвижность и рассыпались от удара кулаком.

Все эти важные сведения я получил по принципу «одна бабушка сказала». Все опирались на опыт родственников и предков, в лучшем случае. Сталкивавшихся с вендикатами или другой дикой нежитью среди всадников было предостаточно. Однако я подозревал что нежит Золотой Империи может сильно отличаться от обычной. Например, считалось что если вдруг обнаружится немертвый скелет на полях, и выследить его лежку днем не выходит, то есть хороший способ его обезопасить. Постараться всадить в него арбалетный болт или любое другую железку. Это скелета сильно ослабит со временем и он уже не будет прыткий и верткий. Этот премудрость пересказывали мне в пятнадцати разных вариантов, думаю она считалась общепринятой.

Я из этого совета сделал для себя два вывода. Скелеты, выходит, сука, верткие. И нихрена местные рыцари не знают. Потому как Эфест готов был детьми поклясться, что армия Золотой Империи не только в основном состоит из скелетов, но и одета в железо. Как минимум, у каждого пехотинца есть железный шлем, но у всех, кого видел Эфест, были и кольчуги.

Впрочем, пересказывать всё чем поделились со мной «более старшие товарища», смысла нет. Слишком много бреда. Поэтому я выкинул все из головы и сосредоточился на двух очевидных вещах. Нежить слабеет под солнцем.