С возвращения из хижины ведьмы и пары недель не прошло. Тем не менее, время поджимало — зима тут, по большей части бесснежная. Скорее слякотная. И холодная. Зимой температура доходила, по моим ощущениям, до минус десяти. Ночью, днем обычно было в районе нуля, потому что вода в ведре оставленном на улице покрывалась совсем тонкой корочкой льда. Да и то, такие «морозы» держались не больше двух недель. Снег, выпавший утром, обычно таял к обеду. Вот только все остальные зимние месяцы царило слякоть и жуткое бездорожье.

Для человека, чтобы околеть от холода, вполне достаточно чтобы температура опустилась до плюс десяти. Если честно, я вообще плохо представлял, как тут можно пережить непогоду на открытом месте. Спальников тут нет, одежда у людей такая себе, откровенно говоря, даже не туристическая. Жаться к огню и обматываться одеялами? И для этого навыки нужны. Даже опытный бомж не выживет, ему тоже теплотрасса и какое-никакое укрытие надо. Однако, люди превозмогали. А горцы так вообще угоняли зимой скот ещё дальше в горы. Я на такие подвиги пока готов не был.

Второй месяц осени, когда было еще относительно тепло и не было дождей, тут традиционно использовался для военных походов. И весна. Весна была пора войны — но в меньшей степени. Весной с крестьян взять нечего, они подъели зимние запасы и заново засевают поля. Поэтому, в это время все особенно подозрительны по отношению к соседям. Когда я во главе небольшой армии выступил из Караэна, то буквально невооруженным взглядом видел бешеную активность на дорогах вокруг — гонцы, как тараканы, разбегались в разные стороны, чтобы предупредить своих хозяев о том, что из Караэна выступил Золотой Змей во главе армии.

Могу представить их удивление, когда я направил армию на Древний Тракт и дальше по нему, в сторону Отвина. Нашего торгового партнера, столь легко пропустившего через свои землю армию нежити, следовало немного припугнуть.

Разумеется, еще за неделю до выхода мы торжественно объявили правду — о том, что идем в Дикие Земли. Но в этом мире постоянной конкуренции любое заявление априори воспринималась как ложь. Разумеется, все были уверены, что это только предлог, а на кого я иду на самом деле… Предположений было много.

Мой экспедиционный корпус состоял из двух сотен моих солдат, полутора сотен лучников очень недовольного этим Вилы, сотни долгобородов молчаливого Хоспора и, внезапно, почти двух сотен людей Дйева. С Дйевом отношения у меня были крайне натянутые, однако, после личной встречи, когда я игнорируя его резкий и вызывающий тон трижды повторил про то, что цель моего похода Дикие Земли — старик внезапно оттаял. Он лично отобрал сорок всадников и каждому отобрал конного оруженосца и трех пеших вооруженных слуг, заставив остальных спонсировать избранных доспехами и людьми, и даже порывался отправиться вместе с нами. Но от волнений заболел и слег. Впрочем, в его случае, это не совсем верно. Он и не вставал — Дйев потерял в молодости обе ноги. Тоже в Диких Землях. Единственное разногласие было в том, что Дйев настаивал на походе в Кровавый Волок. Выдвигая вполне разумные доводы — недалеко, удобно, опасности достаточно хорошо изучены. А главное, есть что взять.

С «изобретением» концепции археологических раскопок я решил повременить, и напирал на куда более понятное и близкое местным обстоятельство — если мы будем продолжать осушать болота, то неизбежно столкнемся с чудовищами именно из этого пятна Диких Земель. Логично будет изучить проблему поближе. Чтобы знать, чего ждать. Может имеет смысл вообще свернуть работы по осушению болота, которое нас защищает от чего-то действительно страшного.