- Она решила убить Дорона твоей силой, - усмехнулся Кикха. - Потом появился Радоборт, и ей пришлось притвориться, что она лечит брата. Милосердие.

Эл нахмурилась.

- Ты просил на обрыве не прикасаться к нему. Дорон знал?

- Я сказал ему о причине, когда ты была без сознания, - пояснил Радоборт. - Я хотел предотвратить его гибель.

- Вот почему ты отгонял меня от него. - Эл вздохнула. - Какая чудовищная путаница. Но я не касалась его, до того момента, когда мы висели над потоком. Скала подломилась под ним сама.

- В том мире ничто не происходит само, - сказал Кикха. - Подломилась, говоришь. Хм. Сомнительно. Если Фьюла знала, то могла быть любая интрига.

- Это не она, - возразил Радоборт. - Я шел за ней. Я бы заметил. Она не проявляла силу. У нас ни у кого такой силы не было.

- Странно, - вздохнула Эл. - Вряд ли вы простите меня. Я не желала его смерти. И твоей Кикха тоже. Прости, за царапину и унижение. Запомните оба. Я достаточно видела смертей и умирала сама, я никому из вас этого не желаю и ничего не сделаю, что привело бы вас к гибели. Довольно зла. Я устала от него. Если вам так угодно, можете дальше идти за мной, но я не хочу больше выяснять с вами отношения, спорить, слышать обвинения, убеждать. И не трогайте покой смертных, им тяжело и без вашего присутствия.

Она развернулась и побежала вдогонку за Ладо.

Радоборт нахмурился, тряхнул головой.

- Не понимаю ее. Какой ей толк с этих смертных?

- В том и дело, что пока никакого. Они ей просто нравятся, соскучилась по тем, на кого сама была когда-то похожа. Оставим их пока в покое.

Он смотрел, как девушка стремительно мчится, догоняя цепочку людей. Вот она поравнялась и смешалась с ними, отличить ее было возможно только по светлой шевелюре.

Покой сохранялся все последующие дни. Паре братьев ничего не оставалось, как идти в отдалении за основной группой. Оба наблюдали за поведением Эл. Она совершенно освоилась, вела себя как все.

На закате следующего дня они заметили движение. По дороге, которая сливалась с их подобием дороги, двигался странный предмет, а рядом с ним шло трое людей.

Группа оживилась, они замахали руками.

Эл спросила о причине всеобщего оживления.

- Это певцы, - пояснил Ладо. Он был доволен встречей.

Эл разглядела колесную повозку, которая двигалась на собственной тяге. Трое ее обладателей были похожи как братья, но все разного возраста. Эл назвала их про себя "волхвами". Они тоже выкрикивали приветствия и махали руками. Самый старший заключил Ладо в объятия. Их называли Даниэль, Маниэль и Таниэль, кто есть кто, Эл не смогла разобрать.

- О-о-о! - издал восклицание средний из "волхвов". - Какое прелестное создание!

Восклицание было адресовано ей. Он подошел и очень вежливо поклонился. Эл рассмотрела его лицо и ответила коротким, вежливым поклоном.

- Это Эл. Волей несчастливого случая, наша спутница, - представил Ладо. - Это Даниэль.

- А те двое с вами? - Даниэль покосился в сторону Кикхи с Радобортом.

- Они волей несчастного случая мои спутники, - пояснила Эл раньше, чем Ладо сформулировал вежливый ответ. - Высокий - это Кикха, пониже - Радоборт. Они братья.

- Это заметно, - согласился Даниэль и очень пристально осмотрел обоих. - У вас дивный голос, должно быть ваше пение еще удивительнее.

- Я очень редко пою,- призналась Эл.

- Это нужно исправить, - Даниэль наградил ее очаровательной улыбкой.

- Но нельзя же петь голодным! - воскликнул более молодой из тройки.

- Верно, мальчик мой, их следует накормить, - поддержал его пожилой. - Маниэль, раздай пищу, но понемногу, а то им будет плохо.

Так Эл разобралась, кого, как называть: старший - Таниэль, средний - Даниэль, а младший - Маниэль.