Эл тряхнула головой, отгоняя воспоминания, и продолжала отмечать на стене нужные ей места.

Вернулся Матиус. Он стал более внимательно следить за тем, что она делает.

Они прошли вдоль всей стены, вышли на открытое пространство. Отсюда им открылся вид на холмы. Люди не пришли. Эл смотрела на несколько фигурок на холмах. Ребятишки были заняты порученным делом, Алмейра помогала им, а Радоборт взирал на них.

- Они придут, - подбодрил ее старик.

Эл вздохнула.

- Будем взрывать.

- Ты не получила согласия семей, - напомнил Матиус.

- Будем взрывать, - хмуро повторила Эл. - Нужно продумать детали. Сила взрыва большая, никому нельзя находиться поблизости - убьет. Матиус, где у вас хранилось оружие?

- Покажу. Идем.

Был уже вечер. Алмейра и Радоборт не дождались людей. Радоборт злился. Алмейра сторонилась его. Дети устали и разошлись по домам. Они остались на холмах одни.

Радоборт ходил вдоль холмиков, рассматривая разметку оставленную детьми. Временами он обращал взор на стену. Там Эл была занята подготовкой к ее разрушению. Только, когда сгустились сумерки, Радоборт почувствовал, как скапливаются у стены люди.

- Алмейра! - позвал он королеву.

Она возникла из полумрака.

- Я здесь, господин мой.

- Эл понадобиться наша помощь. Люди ропщут у стены. Идем туда.

Алмейра послушно последовала за ним. Радоборт косился на нее, она шла, опустив свои очи, глядя себе под ноги.

- Спасибо, что приютила меня после бури. И что дважды простила меня, - сказал он вкрадчиво.

Девушка подняла на него глаза.

- Я не могу сердиться на вас, вы великий, я же - просто смертная, - сказала она дрожащим голосом.

- Когда ты отчитывала нас за балладу, ты была более смелой, - заметил Радоборт. - Ты боишься меня? Перед Эл твоя робость, как будто, прошла.

- В присутствии Эл я испытываю признательность, а вас я действительно боюсь, - призналась девушка.

- Я такой страшный?

- Внешне вы прекрасны и величавы, как подобает великому…

- Заносчив, как выразилась бы Эл, - перебил ее Радоборт.

- Мне не дано предугадать, как вы поведете себя, что скажете. Я боюсь не вас, а ваших возможных поступков, - продолжила девушка.

- Тогда как же ты должна боятся Кикху?

- Очень боюсь, но не его самого, а того, как он поступит с Эл.

- Я сделал вывод, что за себя ты не боишься.

- Да. Это так. Я часто думала об уходе из этого мира. Мне трудно тут. Мои страхи - это переживания за город и мой народ, за тех, кого я люблю. Хети и Ладо были последними близкими мне существами, если у Эл не получиться справиться с бурей в следующий ураган я умру, - прошептала Алмейра.

- Не-ет, - протянул Радоборт. - Ты заблуждаешься. Ты не умрешь ни в этот ураган, ни в следующий…

Вдруг Радоборт остановился, будто натолкнулся на невидимую стену. Она посмотрел на Алмейру совсем иначе, чем глядел раньше. Девушка обратила на это внимание, поведение великого показалось ей загадочным. В его взгляде возникло некое понимание, словно он познал нечто неизвестное ему до этого момента. Она тоже остановилась. Алмейра прочла в его глазах переживание, они перестали смотреть на нее, он погрузился в свои видения и то, что он там наблюдал, выражалось на его лице.

Мгновение. Резкий грохот вырвал их из оцепенения и прокатился эхом по долине, а потом ему стал вторить гул разрушения. Часть стены с шумом осыпалась в сторону противоположную от города.

Алмейра вскрикнула и от испуга бросилась к стене. Радоборт грубо схватил ее и закрыл от надвигающегося на них облака пыли. Девушка в его объятиях сжалась в комок, он почувствовал, как она дрожит, но эта дрожь имела причину не в страхе, не в испуге.