— Не хотим, — эхом откликнулся Радал. — Когда ты… Если ты был Раулем, мы говорили про них. Но мало. Теперь я вообще ничего не понимаю, — жалобно добавил он. — То, что мы познакомились во сне и умеем из щепок на воде складывать узоры, делает нас чем-то особенным? Полная ерунда.

— Для начала нам нужно оживить твоих невольных жертв, — серьёзно сказал Клео. — Иначе мы все просто погибнем. Вы же слышали, что говорили Сэфес. Возможно, вам это кажется странным, но они никогда не лгут.

— И потом, на вас положил глаз Арти, — добавил Нарелин. — Он говорил, что ведёт вас уже два года. А если Эрсай вознамерился сделать из вас Сэфес… Не знаю, ребята. Честно, я не знаю, есть ли у вас шанс отбрыкаться от такой перспективы. Слишком высоки ставки, слишком редки ваши способности. Не знаю.

— Да враньё это всё, чего вы им верите?! — взвился Радал. — Мы не Сэфес, вы не эти… Официальная служба, вообще всё не так! Они небось вообще какие-то киборги!!! Одним махом почти двести человек наших тогда убили, а как он с рукой сидел?! Со сломанной рукой так не сидят, знаешь, как больно?! И не раздеваются! Что у них там под одеждой? Железо?!

Нарелин вздохнул.

— Тело у них под одеждой, — сказал он. — Обычное тело, только шрамов много. Они не любят это показывать, людей пугать. От старых времён такое наследство осталось. Никакие они не киборги, что ты, Радал. Они просто умеют терпеть. Пришлось научиться, знаешь ли. Если, бы тебя почти двадцать лет ломали без всякой надежды на выход, ты бы тоже в конце концов эту науку осилил.

— А тебя тоже так ломали? — спросил Каин. — Чего ты их защищаешь? Сам ты кто?

В голове у Нарелина быстро пронеслась стайка воспоминаний: первые месяцы знакомства с Клео, модуляторы боли. Бунт, падение, заключение у федералов… допросы…

— Меня не ломали, — ответил Нарелин. — Сэфес — мои друзья, Каин. Давние друзья. И ведь Радал тебе уже говорил, кто я. Эльф из древней Арды. Правда, ты, наверное, не знаешь этот мир. И Рауль — Первый Консул планеты Эвен. Радал хмыкнул.

— Он говорит и думает правду. — Рядом с Нарелином и Клео из воздуха соткался призрачный силуэт Арти. — Только про себя не договаривает. Его ломали, да так, что в страшном сне не приснится. Можно ломать тело, а можно душу, и спорю на что угодно — второе гораздо страшнее первого. Нарелин, разбуди этих, и давайте разберёмся окончательно. Потому что у нас через час начинается работа и лишний страх не нужен.

Нарелин вздохнул, поднялся и молча подошёл к Сэфес. Потеребил Лина за рукав.

— Эй, народ… — позвал он. — Вставать пора.

— Где мой кофе в постель? Где поцелуй? Где слова, которых я жажду: как ты спал, любимый? — пробормотал Лин, не открывая глаз. — Где вообще сама постель?! Нарелин, я не ожидал от тебя такой подлянки.

— Сейчас, встаю, — не меняя позы, ответил Пятый. — Ещё минутку… можно?

— Катер, сделай кофе, — попросил Нарелин. — Я ему подам. Из моих мыслей считай, вот так, да…

Нарелин поставил на пол перед Сэфес красивый золотистый поднос, на котором красовались две белоснежные чашки с дымящимся ароматным напитком. Рядом красовалась хрустальная вазочка с белой лилией.

— Пейте, — сказал Нарелин. — Не помешает. Кофе действительно бодрит.

— Ты издеваешься? — спросил Лин, садясь.