— Нет, Джон, это убивает меня. Моей болезни все равно — дома ты или прячешься в своей лаборатории, она прогрессирует. Ты теряешь меня. Я теряю себя. Но если ты не возьмешь отпуск, что ж, тогда первым мы потеряем тебя. У меня Альцгеймер. Что у тебя?

Она вытащила из шкафчиков все: коробки и бутылки, стаканы, тарелки и миски, кастрюли и сковородки. Она заставила всем этим кухонный стол, а когда места уже не осталось, начала заставлять пол.

В прихожей она открыла шкаф и вывернула карманы всех пальто. Нашла деньги, отрывные талоны, образцы ткани и… больше ничего. Прощупав каждый шов, сбросила ни в чем не повинные пальто на пол.

Она скинула подушки с дивана и с кресел. Выпотрошила ящики стола и картотечного шкафа. Освободила от содержимого сумку для книг, компьютерную сумку и свою голубую. Она ощупывала каждый предмет, чтобы отметить его название у себя в голове. Ничего.

Поиски не требовали запоминать их последовательность — груды обследованных вещей свидетельствовали о предыдущих этапах. Вскоре эти груды покрыли весь первый этаж. Она взмокла от пота, нервы были на пределе, но она не собиралась сдаваться. Она ринулась на второй этаж.

Перерыла корзину с бельем для стирки, прикроватные тумбочки, комод, шкафы в спальне, свою шкатулку с украшениями, шкаф для белья, аптечный шкафчик.

«Ванная на первом этаже».

Она бегом вернулась назад, потная, возбужденная.

В прихожей по колено в разбросанной одежде стоял Джон.

— Какого черта здесь происходит? — спросил он.

— Я ищу.

— Что?

Она не могла назвать это, но была уверена, что где-то в голове помнит название того, что ищет.

— Я скажу, когда найду.

— Это кошмар какой-то. Как будто нас ограбили.

Об этом она не подумала. Это могло быть причиной ее провала.

— О боже, это могли украсть.

— Нас никто не грабил. Это ты перевернула вверх дном весь дом.

Она заметила рядом с диваном в гостиной нетронутую корзину с журналами. Оставила Джона и теорию об ограблении в прихожей, подняла тяжелую корзину, высыпала журналы на пол, пролистала и пошла дальше.

— Прекрати, Элис. Ты даже не знаешь, что ищешь.

— Нет, знаю.

— Тогда скажи что?

— Не могу сказать.

— На что это похоже? Как это используют?

— Говорю же, не знаю, узнаю, когда найду. Я должна найти или умру.

Она подумала над тем, что сказала.

— Где мои лекарства?

Разбрасывая ногами коробки с хлопьями, банки с супом и тунцом, они пробрались в кухню. Джон отыскал на полу лекарства и пузырьки с витаминами, а в миске на столе — дозатор.

— Вот они, — сказал он.

Необходимость найти нечто во что бы то ни стало не пропала.

— Нет, это не то.

— Это безумие. Ты должна остановиться. Дом превратился в свалку.

«Мусор».

Она открыла компактор, вытащила из него пластиковый пакет и вывалила на пол содержимое.

— Элис!

Она перебрала все: шкурки авокадо, скользкий куриный жир, скомканные салфетки, пустые коробки, оберточную бумагу и всякую другую использованную фигню. Обнаружила в мусоре DVD-диск «Элис Хауленд», взяла влажную коробку и осмотрела.

«Так, это я не собиралась выбрасывать».

— Это оно, это наверняка оно, — сказал Джон. — Я рад, что ты нашла то, что искала.

— Нет, это не то.

— Ладно, прошу тебя, ты разбросала мусор по всей кухне.