«Давай выкладывай! — подбодрила я себя. — Ты имеешь право все знать».

— Слушай, может, это и не мое дело, но разве ты не бойфренд Хелен? — наконец выдавила я.

В ответ — молчание.

«Господи! — подумала я. — Он действительно встречается с Хелен. Он просто был мил со мной, потому что я — ее брошенная мужем старшая сестра. А теперь он к тому же знает, что нравится мне… Черт, черт, черт! Надо было мне держать свой дурацкий рот на замке».

Я все испортила, мне не хватило терпения.

— Клэр, — наконец сказал он довольно растерянно, — о чем ты говоришь?

— Ты прекрасно знаешь, — ответила я, чувствуя себя полной дурой, но вместе с тем слегка обнадеженной.

— Нет, — сказал он холодно. — Понятия не имею.

— Вот как? — смущенно промямлила я.

— Значит, ты считаешь, что я — бойфренд Хелен? — спросил он каменным голосом.

— Ну, я полагала, что это возможно… — уныло пробормотала я.

— Интересно, и что же конкретно ты подумала, когда я попросил тебя о встрече? — продолжил он довольно презрительно. — Впрочем, понятно. Ты либо решила, что я невероятно распутен, либо — что я невероятно циничен. Не знаю, что обиднее.

Я продолжала молчать.

Главным образом потому, что не знала, что сказать.

Чувствовала я себя ужасно.

Адам всегда относился ко мне уважительно. У меня не было доказательств, что он имеет какое-то отношение к Хелен. Я оскорбила его, поставив под сомнение его мотивы.

— Клэр, послушай меня, — устало сказал он. — Я ни сейчас, ни раньше не имел никаких отношений с твоей сестрой. И не собираюсь их иметь. Она прелестная девушка, — поспешно добавил он. — Но она не для меня.

— Слушай, Адам, — заикаясь, начала я, — мне очень стыдно, но я не знала…

— Мне тоже стыдно, — сказал он. — Все время забываю, через что тебе пришлось пройти. Тебя глубоко обидели. Стоит ли удивляться, что ты всех мужиков считаешь двуличными мерзавцами?

Я просто таяла от счастья.

Он догадался, что я хотела сказать, избавил меня от этого испытания.

Что за парень! И каким образом он умудряется читать мои мысли?

«А вдруг он транссексуал? — подумала я со страхом. — Может, это и есть его мрачная тайна? Он родился женщиной. Или он женщина в мужском обличье. И каком мужском обличье!»

— Клэр, — сказал Адам, отвлекая меня от мыслей о его половой принадлежности, — я не знаю, какое у тебя создалось обо мне впечатление, но явно не такое, на которое я надеялся.

— Нет, Адам… — слабо запротестовала я. Мне надо было так много сказать, что я не знала, с чего начать.

— Дай мне одну минуту, — попросил он. — Просто выслушай меня. Хорошо?

Он говорил так искренне, так по-мальчишески! Разве могла я ему отказать?

— Конечно, — сказала я.

— У меня много друзей среди женщин, но я редко завожу романы. Почти никогда, если сказать правду. Особенно в сравнении с другими мужчинами на моем курсе. Мне кажется, они… чересчур любвеобильны.

— Я понимаю, — пробормотала я.

Мне хотелось сказать, что не надо мне ничего объяснять. Я выяснила, что у него нет романа с Хелен, и на данный момент мне было этого достаточно. Меня терзал стыд за мои подозрения и обвинения. Мне хотелось обо всем забыть.

Бедный парень!

Мы с ним знакомы всего несколько дней, а уже пару раз поссорились.