Он сказал:

– На самом деле, я предоставляю разбираться в этом моему камердинеру Хоару.

– Хоар также ходит к Вашему портному выбирать Вам предметы одежды?

– Нет, к портному хожу я, но оставляю решения за ним, – сказал он. – Он знает, что мне всё равно. К тому же любому портному известно, что если он плохо меня оденет, то пострадает его репутация, и он потеряет клиентов.

Это заставило её сделать паузу.

Он наблюдал за тем, как Зоя размышляет, и что-то в выражении её лица заставило его вообразить, как работает её ум, впитывая несколько произнесённых им фраз и сохраняя информацию на будущее. Герцог представлял себе её ум уменьшенной копией Лондонского Главного почтового офиса, наполненного шеренгами служащих на длинных скамьях, которые искусно раскладывают письма по соответствующим выемкам.

– Вы собираетесь поручить Вашему камердинеру заказывать мне одежду?

– Нет.

– Вы собираетесь оставить заказ моего гардероба моим сёстрам?

– Бог ты мой, нет.

Она сложила руки и ждала.

Он тоже ждал, растягивая момент, поскольку солнце поцеловало её нос и озарило завитки, выбившиеся из-под шляпки, и что-то вроде улыбки пряталось в уголках её губ.

Люсьен стоял – и знал об этом – на несколько дюймов ближе, чем допускали приличия. Пролетавший ветерок доносил ей его запах.

– Полагаю, тогда этим кем-то должен быть я, – проговорил он.

– Кто же ещё? – ответила она. – Вы на гребне моды. Я Ваша… протеже. Это правильное слово, не так ли?

Так, как она его произнесла, оно прозвучало в высшей степени неправильно и очень безнравственно, но он кивнул.

– Тогда Вы должны наблюдать за тем, как я одеваюсь, – сказала девушка.

Он мог представить себя в её гардеробной, говорящим «сними с себя одежду». Он мог представить себя, помогающим ей раздеваться, начиная с…

Он отверг видение.

Почему безобидные слова у неё становятся совершенно непристойными намёками?

– Думаю, Вы имеете в виду, что я должен проследить за выбором Вашего гардероба?

Зоя пожала плечами, и это движение, казалось, прошло через всё её тело. Она двигается, как кошка, подумал герцог.

Она пошла дальше, и ему бросилась в глаза её походка: медленное манящее покачивание элегантных изгибов. Он пошёл рядом с ней, и знал, что находится слишком близко, поскольку мог слышать шуршание муслина о свои брюки и вдыхать женственный запах, чистый и тёплый.

Люсьену показалось, что серый весенний день обернулся знойным летом.

– Вам не следует ходить таким образом, – заметил он.

– Каким образом?

– Таким образом, – повторил он. – Английские мужчины могут неправильно понять.

– Они возжелают меня? Но это и есть то, что я бы хотела, чтобы мужчины поняли. Я должна быть популярной и получить много предложений о браке.

Об этом герцог не думал – или думал? Другие мужчины, глядящие, как Зоя двигается. Другие мужчины, желающие её. Другие мужчины, находящиеся в искушении.

– Вы скорее получите предложения иного рода, – пояснил он.

– Какие именно?

– Вот такие, – ответил он.

Он сократил небольшое пространство между ними и обхватил рукой её талию. Он лишь намеревался – или лгал себе, что намеревается – проучить её.

К его потрясению, девушка не оказала ни малейшего сопротивления. Даже не старалась его изобразить. Она просто прильнула к нему.

Зоя была мягкой и тёплой, и её запах напоминал о летнем саде с женщиной в нём. Люсьен притянул её к себе, и тепло, мягкость и запах окутали его.

Он скользнул рукой вверх по её спине и вдоль шеи, провёл пальцами вдоль подбородка.