– И выбора нет, - задумчиво добавил Кра. - Вы сумеете разобраться со здешней техникой?

– Как ты метко заметил, выбора у нас нет. – Я с ухмылкой развёл руками. - Лу, что ты можешь сказать о станции?

– Пока – только то, что воздух снаружи пригоден для дыхания, а наш камень почему-то до сих пор игнорируют. Гравитация, кстати, заметно ниже, чем мы привыкли, надо быть осторожнее.

– Тогда надо выдвигаться на разведку. Я...

– Сидишь тут! – перебила меня Лу. – И вообще все сидите, нечего туда соваться. Рыш пойдёт.

– Он уже согласился? – удивился я. - До сих пор он такой покладистостью не отличался.

– Он уже пошёл. Гравитационное поле вблизи крупных тел вроде планет существенно осложняет ему жизнь, а здесь гравитация по большей части искусственная, астероид слишком маленький. Не спрашивай, какая ему разница, но искусственные поля он воспринимает иначе.

– А у нас будет возможность... поговорить с ним? - неуверенно попросил Ашшира.

– Вернётся – я передам ему ваше пожелание, - пожав плечами, ответила Лу и выразительно поморщилась. - Лично мне будет гораздо удобнее, если вы сможете общаться между собой без моего посредничества.

Глава 11.Щит

Разговор со сторожем на рыша особенного впечатления не произвёл. Объяснив для себя странности планеты, на которой мы побывали, её оторванностью от временных потоков, пылеобразный полностью успокоился. Похоже, объяснение это он посчитал исчерпывающим, а сама возможность подобного надругательства над целой планетой вопросов не вызвала. Оставило его равнодушным и наше предположение о том, что сами рыши – результат эволюции тех гуманоидов. Похоже, история собственного происхождения вообще мало его беспокоила.

А вот место, где мы оказались теперь, занимало всё внимание безбилетного пассажира. И тут я была c ним солидарна.

Сторож как-то перенастроил Мировое Яйцо таким образом, что защитная скорлупа его сделалась проницаемой и для рыша,и для наших с Юрой способностей. А может, это был совсем другой аппарат, повторяющий предыдущий лишь внешне – выяснить точно я не могла, знаний не хватало.

В целом картина складывалась следующая.

Рыш утверждал (сами мы так далеко заглянуть не могли), что станция распложена на астероиде, являющемся частью обширного астероидного пояса вокруг ничем не примечательной звезды. Юра предположил, что это не исходная станция, а её дубликат, построенный роботами, причём явно не первый дубликат, и остальные с этой версией согласились.

Хорошо бы, она оказалась единственной из ныне существующих и действующих. Ведь ничто не мешало электронным мозгам станции создать уйму копий... Или мешало? Ответа на этот вопрос мы, увы, не знали, не знал его и рыш.

На наш взгляд, место это куда больше походило на творение высокоразвитой цивилизации, чем город «древних номер один». Похоже,те, кто его создавал, шли по пути развития, близкому к человеческому. Ну или их представление о красоте и удобстве попросту совпадало с нашим.

Бросалась в глаза полная пригодность станции для обитания на ней белковых форм жизни вроде нас. Всё в наличии и в достатке – воздух, вода, запасы материалов для пищевых синтезаторов. Последние агрегаты вызвали восхищение даже у рыша: они собирали органические молекулы любой сложности из простых элементов.

Но никаких живых существ здесь не было, и пугало это гораздо сильнее, чем пустота каменных пирамид на прошлой планете. Камни казались незыблемыми по самой своей природе и вполне могли пережить своих создателей. А вот космическая станция, неуловимо похожая своим нутром на какую-нибудь большую гавию или, скорее, на «Унлоа», без хозяев казалась угрожающей, опасной. Как будто убил их не естественный ход истории, а какая-то неведомая – и невидимая – угроза, которая вряд ли пропала за минувший недолгий срок.