Впрочем, когда один из них замер совсем близко от камеры и я прикинула его размеры, всё умиление бесследно растаяло: в диаметре это нечто составляло метра четыре.

– Это животное или растение? – полюбопытствовала я у пилота.

– Понятия не имею, – откликнулся землянин, так же с интересом разглядывавший местных обитателей. – Я же не кoсмобиолог. Случайно наткнулся на информацию об этой планете в новостях, запомнилась картинка. - Он кивнул на обзорный экран. – Почти такой же вид был.

– Всё-таки нам очень повезло, - резюмировала я, а потом продолжила со смешком: – Меня разрывают противоречивые эмоции. С одной стороны, очень хочется выйти, прoгуляться, размять ноги и немного развеяться, стены давят. А с другой – здравый смысл грязно ругается в ответ на такие идеи.

– Правильно делает, – похвалил Юрий. – Верх глупости – выходить из исправного корабля на поверхность незнакомой планеты, да еще непригодной для жизни.

– Я же не предлагаю идти, я просто жалуюсь. Наверное, это всё от нервов. Адреналин выделился, а реализовать всплеск энергии не получилось. - Я задумчиво мазнула взглядом по чёткому профилю мужчины и снова тихо вздохнула.

Ощущение былo неприятное. Слишком быстро всё произошло и слишком благополучно разрешилось: организм, приготовившийся к боли, удару или вовсе смерти, никак не мог поверить, что опасность миновала. Внутри будто сжалась пружина и мелко подрагивала , готовая вот-вот выстрелить, это чувство никак не хотело проходить и потому немного беспокоило.

– Εсть у меня одна идея, – вкрадчиво предложил пилот, поворачиваясь ко мне вместе с креслом и чуть подаваясь вперёд. Глаза его буквально искрились от сдерживаемого смеха. Я, конечно, залюбовалась, а в глубине души вспыхнула надежда, что мысли наши сходятся, но справедливо заподозрила подвох. Однако ответила мягко, кокетливо, с придыханием,тоже чуть сместилась ему навстречу:

– Я вся внимание!

– Знаю верное средство, помогающее в подобных ситуациях. Надеюсь, такое примитивное животное стремление тебе не претит. – Юрий окинул меня выразительным, раздевающим взглядом, приблизил лицо к моему на расстояние ладони и продолжил всё так же мягко и чувственно: – Пойти пожрать.

Мгновение мы разглядывали друг друга, а потом одновременно расхохотались, откинувшись в креслах. Может и нервно, даже истерически, но зато – искренне.

– Кто про что, а мужик про еду, - выдохнула я сквозь смех, утирая слёзы тыльной стороной ладони.

Не знаю, действительно ли помогает в таких случаях плотный обед, а вот веселье мигом разрядило обстановку и помогло расслабиться.

– Энергия лишней не бывает. К тому же интересно выяснить, какой рацион ждёт нас в ближайшие дни. Οчень надеюсь, что в контейнерах есть мясные консервы, а не только сухие крупы или, хуже того, концентраты,и хочу выяснить это побыстрее.

– Кто-то любит вкусно покушать? - хихикнула я, игриво толкнув идущего рядом пилота бедром. Вернее, попыталась: он увернулся и даже вежливо поддержал меня под локоть, когда я по инерции чуть не пролетела мимо.

– Ещё скажи, что ты готова питаться солнечным светом. Кто-то очень уважает красное мясо, насколько я успел заметить, – с иронией парировал он. - Хотя, судя по твоей внешности, ты должна питаться как раз нектаром.

– Это почему? - опешила я и удивлённо вытаращилась на напарника.

– Наружность эфемерная, - невнятно ответил он. – У всех о-Лоо, но у тебя особенно.

– Вот сейчас было обидно и несправедливо. – Я, ухмыляясь, демонстративно приподняла грудь ладонями, заодно командуя послушному мысленным приказам комбинезону углубить вырез.