Воздух вокруг меня задрожал, а вихрь – ускорился впятеро, начав стремительно расширяться и обрастать вторым слоем из воды, на таких скоростях способной ударить не хуже чего-то твёрдого. Нет ничего сильнее природных явлений, но и поддержание такой магии в её полноценном виде давалось мне тяжело: вот так, невербально и за столь короткий срок, я ураганов ещё не создавал. Но мощь ветра и вложенные объемы маны сделали своё дело, всосав в себя и закрутив кровь, тут же смешавшуюся с моей водой. Я отчётливо ощущал каждую каплю подчиняющейся чужой воле жидкости, и никак не мог перехватить контроль над ней. Но если кровь не хотела переходить под мою руку, то я всегда мог вывести её из игры, воспользовавшись кратковременным замешательством противника. Напрягшись и, буквально, услышав скрип собственных зубов, я разом заморозил несколько тонн жидкости. Одновременно с тем вихрь спал, и ледяная громада, на ходу покрываясь новыми слоями прозрачного панциря, заняла часть арены, сжавшись до предельно малых размеров и заточив всю смешанную кровь в своём ядре. Воплощая этот во всех смыслах безумный план, я ни на мгновение не сводил взгляда с замершего в двадцати метрах вампира. Оклемавшись после нашей стычки, он стоял, убрав руки за спину, и заинтересованно наблюдал за моими действиями. Я не знал, делал ли он что-либо, так как магия зачастую скрыта ото взглядов всех кроме своего создателя, но почему-то мне казалось, что никакой подоплёки в его показном ожидании не было. Аура холодного спокойствия, разлитая вокруг вампира, внушала трепет и уважение, но я был бесконечно далёк от того, чтобы воспринимать сейчас столь тонкие материи. Всё, что я видел сквозь застлавшую глаза пелену смешавшейся с яростью боли – это врага.

- Скреплённые волей и направленные твёрдой рукой... - Раскинув крылья, я сформировал сразу двенадцать мечей, рукоятями касающихся границ моего астрального тела. Именно это число – мой нынешний предел. Попытаюсь создать больше, и неотвратимо сам себе наврежу, так как большие объемы маны единовременно выдать не может уже мой резерв. Несмотря на все мои усилия по его подготовке к серьезным нагрузкам, идеальным приём не был. Приходилось часть заклинания, стабилизирующего ману в мечах, шёпотом читать вслух. Ну, на то оно и самодельное – до оптимального варианта ещё далеко. - … разящие мироздание, обрётшие форму, движущиеся только вперёд.

Но даже так, двенадцать напитанных маной мечей по разрушительной силе многократно превосходили всё, что имелось в арсенале мага ранга эксперта и не требовало длительной, минимум секунд в пятнадцать, подготовки. Возможно, это прозвучит самодовольно, но в условиях путешествия и критического отсутствия понимания принципов создания заклинаний, - навык, когда я обратился к нему за помощью, радостно предложил дополнить себя ещё одним вариантом из списка – [Конструктором Магии], что я посчитал совершенно нерациональным, - суметь усилить индивидуальную способность – это достижение. И оно принадлежит мне, так как Лана помогать в этом действе отказалась, обозвав моё заклинание попыткой изобрести костыль. Но это нужный костыль, и я считал, что двенадцать мечей – и два меча, это, всё-таки, две большие разницы.

- Первая формация.

В одно мгновение мечи крестом выстроились над моей головой, а в следующее – выстрелили вперёд, лишь немного не дотянув до преодоления звукового барьера. Расстояние, отделяющее вампира от меня, было преодолено ещё до того, как я успел возвести защиту от собственной атаки. Сначала по арене прокатилась череда взрывов, заставивших дрожать землю, а после в выросшую передо мной стену воды ударило чёрное магическое пламя, бессильно растёкшееся по препятствию. Моя собственная мана просто не могла нанести существенного вреда самой себе, что, определённо, позволяло устраивать взрывы даже в таких, замкнутых пространствах.