Скользнув взглядом по покрывшему и левую руку тоже панцирю, я хмыкнул – и оттолкнулся от земли, взмыв в воздух. Ледяной сад за моей спиной рассыпался ворохом искр, и начался следующий раунд захватывающей и будоражащей кровь схватки.

Уклонившись от пущенной в мою сторону череды готовых разрубить саму реальность волн праны, я вскинул обе руки, сложив пальцы на манер пистолетов – и принялся обстреливать не решающегося идти на сокращение дистанции противника, параллельно формируя за спиной маломощное, но с виду внушительное заклинание. Вслепую лезть вперёд, не зная, на что способен противник – не мой вариант, и таким образом я решил слегка подзапутать Яна. Мы уже сталкивались и вблизи, и на средней дистанции, так что мои возможности на таких расстояниях ему отчасти известны. Сейчас же я делал всё, чтобы мечник решил, будто мне нужно время для завершения чего-то масштабного. Но то ли я что-то делал не так, то ли Ян по своей природе слишком подозрителен, но вместо скорейшего сближения для нарушения моей концентрации он, уклонившись от очередной ледяной, усиленной воздухом пули, запустил в фантом мощного заклинания волну праны, заставив меня «бросить» это гиблое дело на полпути. Ещё дважды я якобы пытался создать свою козырную карту, и в последний раз даже грудью встал на её защиту, но – провалился, купившись на хитровыдуманную серию приёмов, проведённую мечником. Из-за этого мы так и продолжали кружить в воздухе, словно дожидаясь чего-то, и это мне начинало потихоньку надоедать…

Но в данном случае затишье перед бурей стало не просто красивым словцом, чему я, не скрою, очень активно способствовал. Поначалу незаметно подготавливая атмосферу, в последние секунды я раскрыл все карты, и небо начали заволакивать тучи. Ян понял, к чему всё идёт, и бросился ко мне, но я вполне успешно закрылся от него валом воды, в котором мечник увяз ещё на пару секунд. И в момент, когда весь небосвод заполонили тучи, вспыхнули ринувшиеся в его сторону молнии. Помнится, даже опытному королю меча – демону-ветерану пришлось защищаться от одной-единственной молнии. Сейчас же их были десятки, и каждой я задал свою цель. Руки, ноги, грудь, голова – непредсказуемые, разрушительные змеи, чьё шипение разносится на десятки километров, одновременно устремились к мечнику, на мгновение превратив вечерний сумрак в яркий полдень.

Победно зарычав, я отпустил ставшие бесполезными тучи и, создав в каждой руке по мечу, ринулся к земле, туда, где Ян предпочёл отразить смертельно опасную атаку. Если он ранен, то его нужно добить. Ну а если уже мёртв, то просто обозначить свою победу, отрубив ему голову. Вариант, при котором он остался бы невредимым, я не рассматривал в принципе, так как это было бы чем-то из ряда вон выходящим. И я, в какой-то мере, угадал, однако...

Встречал меня не обугленный недобиток, а твёрдо стоящий на ногах король меча, в глазах которого застыл смертельный холод. Впрочем, этот взгляд не изменил моих планов, и я продолжал приближаться к нему… пока Ян не вскинул второй, тот самый меч, по которому тогда скакали редкие молнии. Сейчас же он был ими буквально объят, и в унисон ударившие по мозгам чувство опасности с инстинктом самосохранения дали понять, что это неспроста. Я успел остановиться, сформировать несколько слоёв водных барьеров и пару стальных, вдобавок покрыв уже самого себя ледяным доспехом, но этого всё равно оказалось недостаточно. В момент, когда молнии сорвались с меча Яна, я прочувствовал на себе всю ту беспомощность, что должен испытывать человек, на которого обрушили гнев природы. Не молния, а МОЛНИЯ вгрызлась в мою защиту, разорвала её в клочья – и ударила меня в грудь, отбросив назад.

И, кажется, я даже потерял сознание, так как иначе обосновать резкий провал в памяти нельзя было ничем.