Страшная дрянь, это благословление. Даёт всего ничего, — невербальное усиление я и сам бы когда-нибудь освоил, — а требует… Что, если я постепенно забуду, кто я есть? Утрачу воспоминания о том злополучном грузовике и о семье, что осталось в прошлом длиною в двести лет? Благословление единственного из семнадцати, требующее платы — и, конечно, оно выпало именно мне, и я уже даже разменял часть своей памяти на раскрытие грехов того сукина сына. Что я забыл? Что-то важное или незначительное? Что, если у меня был брат или сестра, память о которых бесследно исчезла в этот злополучный день? Или любимый человек, которого я никогда больше не вспомню? Какое-то важное событие в жизни, сформировавшее мой характер?

Я не знал, и никогда уже не смогу узнать. Благословление остаётся с иллити до конца его жизни, что бы он ни делал. Даже легендарные предатели рода не лишались своих сил, так что творить безумства было бесполезно. Генерал-Палач — это навсегда.

— Золан, бросай витать в облаках. — К моменту, когда мы добрались-таки до полигона, дед уже определил свою поведенческую линию. Он решил сделать вид, что всё в полном порядке, и вытеснить неприятное воспоминание новыми впечатлениями. Похвалой, тренировками, знакомствами — для того он и притащил сюда моего двоюродного брата, за которым увязался Амстер. Не то, чтобы я не желал пообщаться с братом отца, единственным, кто поддерживал общение с ним, но сейчас у меня не было настроения для задушевных бесед. Чего уж там, я и отца бы послал, реши он залезть ко мне в душу. А ведь его я всецело уважаю и доверяю ему, в отличии от пока практически посторонних людей. — Как у тебя обстоят дела с огненной стихией?

— Базовый начальный уровень. Я делаю упор на воду и землю.

— И что тебя на это сподвигло? Расскажи, как ты выбирал себе элемент.

Дед сел прямо на песок полигона, приглашающее кивнув на место напротив. К моменту, когда я его занял, Гериан с Амстером уселись по правую и левую руку от деда соответственно. Таким образом, получилось что-то вроде квадрата, в котором все одновременно видели всех. Только я всё равно решительно не понимал, каким боком дядя и брат относятся к моим тренировкам…

— Я хочу стать авантюристом, и элемент я выбирал исходя из этого желания. Огонь не универсален, он только уничтожает, но не защищает и никак не раскрывается в тактическом плане. Воздух нетребователен к мане, так как он есть везде и его не нужно материализовывать, но он слишком капризен и плохо откликается на мои команды. По этим причинам я ограничил изучение магии огня и воздуха базовыми приёмами. Земля и её производные так же, как и воздух, встречаются повсюду, и они изначально были очень послушны моей воле, а спектр применения этого элемента не ограничивается одними только сражениями. Польза от земли в быту авантюриста неоспорима, что позволило ей встать на второе место после воды, которая, как и земля, прекрасно мне подчиняется. О её универсальности и эффективности и говорить не стоит, а возможность изменения агрегатного состояния и влияния на погоду я считаю неоценимым преимуществом.

— Почему, в таком случае, ты не полностью забросил изучение огня и воздуха?

Хм, кажется, я показал себя достаточно умным, чтобы мне не задавали настолько глупые вопросы. Но ответить нетрудно, тем более, что мне интересно посмотреть, чего дед хочет добиться.

— Ну, например, без воздуха и огня ни о каком эффективном контроле погоды не идёт и речи. Мой учитель, Глассовер, доступно объяснил мне базовые принципы, позволяющие создавать облака и тучи, а так же управлять их передвижением с минимальными затратами маны. — Видя сомнения на лице Гериана, честно пытающегося вникнуть в мою речь, я решился на дополнительные пояснения: — Заклинания позволяют и безо всяких лишних знаний вызывать грозу или наоборот, рассеивать её, но это грубые, и оттого чрезмерно затратные методы.