— И вас это нервирует?

— Я тебе уже говорил. Ненавижу бури, штормы и все подобные природные явления.

Он помолчал, всматриваясь в то, как машины, припаркованные на улице поблизости от полицейского участка, покрываются белой пеленой, постепенно превращаясь в высокие сугробы.

— Не понимаю, какого дьявола ей понадобилось ехать домой, если она все равно собралась возвращаться сюда? Пусть бы лучше тогда оставалась дома.

— Могу предположить, сэр, что служебный долг требует ее присутствия на рабочем месте.

— Хватит ерничать, Тони. Ты говорил, что не поступило никаких сообщений о происшествиях.

— Мир и тишина.

— Точно?

— Клянусь. Я сижу тут безвылазно.

Бишоп взялся за телефон.

— Надеюсь, вам известен ее домашний номер? — осведомился Тони.

— Да, Тони. Ее номер мне известен.

Тон Бишопа был таков, что у Тони разом пропало желание задавать вопросы. Однако это не ослабило его любознательности. Он с интересом ждал, каков будет разговор его шефа с Мирандой. Интуиция подсказывала ему, что босса не столько выводила из равновесия надвигающаяся пурга, а нечто более серьезное, причем прямо связанное именно с Мирандой.

Пальцы Бишопа отбивали барабанную дробь по столу, пока он прижимал телефонную трубку к уху, ожидая ответа. Наконец дробь прекратилась. Бишоп был явно разочарован.

— Я напоролся на автоответчик.

— Ну и что здесь такого? Может быть, она в душе.

— Может быть. — Бишоп повесил трубку и вернулся к разглядыванию пейзажа за окном.

— Но ты так не думаешь, босс? — Тони отбросил прежний легкомысленный тон и заговорил так, как у них установилось раньше, особенно когда ситуация, пусть даже по неизвестной причине, сгущалась.

Бишоп ответил искренне:

— Какое-то неприятное чувство не оставляет меня.

— В чем оно выражается?

— Не знаю.

— Связанное с Мирандой? — настаивал Тони.

— Тут я беспомощен, — чуть ли не взорвался Бишоп. — Было время, когда я ее читал. Если ей было радостно или грустно, я всегда это знал.

— А сейчас что ты чувствуешь?

— Честно говоря, я в смятении. Похоже, что я вижу какие-то тревожные, но бессмысленные картинки и слышу хор голосов, поющих опять же какую-то ерунду.

— Но Миранда в тексте не упоминается?

— Нет.

Бишоп положил руку на телефон, собираясь вновь набрать номер Миранды, но Тони остановил его:

— Подожди. У меня возникла идея, и, кажется, неплохая.

Горячий душ повысил настроение Миранды, а высушив феном волосы и переодевшись в джинсы и мягкий домашний свитер, она даже избавилась от гнетущей тоски и захотела перекусить. Тем более что меню, начерканное на бумажке, налепленной на холодильник, выглядело заманчивым На запястье Миранда намотала эластичную ленту, которой позднее собиралась закрепить на голове распушившиеся волосы.

Возвратившись в гостиную, она включила телевизор на минимальную громкость, выбрала канал, передающий местные новости и сводки погоды, и тут только обратила внимание на то, что спиритическая планшетка переместилась со столика на пол.

Миранда мгновенно среагировала и выхватила пистолет из кобуры, оставленной висеть на спинке стула. Ее поразило то, что именно эта игрушка была единственным предметом, кем-то перемещенным в комнате, где никаких иных следов вторжения посторонних не наблюдалось. Кто же мог переложить на пол доску?

Сняв с себя психические защитные доспехи и расслабившись, Миранда на это время утеряла способность ощущать, откуда, из какого места в доме ей грозит опасность. Ничего необычного, тревожного она не чувствовала, переходя из комнаты в комнату, везде включая свет, проверяя задвижки на окнах и защелки на дверях, заглядывая в шкафы и в затемненные углы.