— И в чём проблема? — вкрадчиво так спрашиваю. — Почему мне нельзя посмотреть?

— Бесплатно, — и отворачивается.

— Чего? — не будь я молодым, точно бы инфаркт приключился. Вернуть зрение — это не грыжу заговорить. И это без денег. И кто? Бабка!

— Ну не могу я, — чуть не плачет, — были они у меня. Последнее на врачей спустили, молодой же совсем. Да и на Ванечку так сильно похож…

Оп-па… Вот оно что. На деда погибшего похож. Тогда всё понятно. Вы не думайте, что мы лечим только за огромные деньги, нет. Как говорит бабуля: «С богатого побогаче». А с простых людей очень даже по-божески берём. Никто не обижается. С той же бабульки за внучка рублей пятьсот бы взяли. Но зрение парню… Там ингредиентов тысяч на пятьдесят… Ну бабка… молодец. Вот правда, не ожидал от неё. А порой даже подозревал, что бабка не только аферистка, но ещё и еврейка. С её-то любовью к деньгам.

— Ну что ж, раз так, то сэкономлю семье деньги — вылечу. Но! — поднимаю указательный палец вверх. — Надо чтоб поклялись не болтать про то, что бесплатно, а то нам паломничества только не хватало.

— Тимка, — бабуля крепко обнимает меня. — Уже поклялись, что я дура, что ли?

— Ба, — шиплю, пытаясь вздохнуть, — задушишь.

— Ой, — отпускает, радостно улыбаясь.

— Ба, тебе не кажется, что мы с тобой скоро из тёмных в светлых перекрасимся?

— Тьфу, тьфу, — сплёвывает через левое плечо, — не дай бог такая напасть.

Смеёмся. Радостно, от души. И тут бабуля, усмехнувшись, радует меня:

— Ну раз ты у меня такой сознательный, то и последнего клиента отменять не буду.

— Да? — чего-то во мне заворочались нехорошие подозрения. — А может ну его?

— Думаешь? Ну как скажешь, — неожиданно легко соглашается. — Сейчас Томе звякну, пусть отменит. Или не надо? — хитро щурится.

— А ну-ка дай посмотреть?

Показывает то, что записано. С обречённым видом киваю и горестно произношу:

— Ладно, чего уж там, пусть остаётся, — а в душе радостно потираю лапки.

— Ну вот и хорошо, — кивает. — Делов на полчаса, а денежка нехилая, — и тут же с надеждой добавляет: — Если силы будут, может, без зелий обойдёшься? Кремушком обычным?

Киваю, но не упускаю возможность поторговаться:

— Двадцать процентов.

— Тима, побойся бога, — ужасается моей жадности бабуля.

— Значит, берём дорогущие зелья, мажем… — приступаю к шантажу.

— Моя школа! — довольно улыбается бабуля. — Пятнадцать.

— По рукам, — протягиваю руку, пожимает. Но я добавляю: — С первого тоже!

— Тима!

— Ну, значит, беру дорогущее зелье…

— Всё, всё. Замётано. Вымогатель.

— От аферистки слышу.

Ржём. А чего ещё делать? Хоть денег заработаю. Тут ведь какое дело: пока не пройду Испытание, я несовершеннолетний, а значит, не имею права на собственную практику. И за любой мой косяк отвечать бабке. Поэтому если и лечу кого, то моя доля десять процентов. И то, только потому, что бабка жадная. Другие вообще бесплатно на родню пашут. И только став совершеннолетними, могут получить статус подмастерья. И получать хоть какую-то долю. Нет, конечно, можно уйти в свободное плаванье, но кому ты нужен — неумёха.