Виктория приложила руку в перчатке к губам, чтобы скрыть улыбку.

– И это случалось с беднягой каждую среду?

– Без единого пропуска.

– И вам не доставалось за это?

– О да! Это превратилось в войну интеллектов: Хопкинс прятал одежду в разных местах, но мы все равно находили ее, приносил запасную – не срабатывало, полотенце в кустах тоже не помогло. Мы всегда оставляли его одежду в конюшне, аккуратно завязанную, с записочкой вроде: «До следующей недели!» – и подпись: «Воры, забравшие ваш никчемный наряд». – Натан заулыбался. – При нас он всегда изображал, что не знает, кто это делает. Но мы слышали, как он, выходя из воды, мокрый и злой, клялся, что отомстит «мелким проказникам». Изъяснялся он, правда, более жестко, но я не решусь повторить эти слова при даме.

Виктория не смогла скрыть удивления:

– Неужели он так и не сдержал обещания?

– Нет, однажды его терпению все-таки пришел конец – Хопкинс положил лошадиный навоз в наши ботинки! – Натану стало очень весело от этих воспоминаний. – Никогда не забуду лицо Колина, когда он обувался! Потом Хопкинс нанес новый удар – стащил нашу одежду, пока мы купались. Помню, нам тогда почти удалось пройти в дом незамеченными через черный ход, но на большой скорости мы столкнулись с двумя служанками, нагруженными свежим бельем для спален. Вы только представьте: повсюду летают простыни и наволочки, из угла в угол мечутся два голых, раскрасневшихся мальчика, и напуганные до смерти служанки с ужасом смотрят на все это и ахают! А тут еще и отец вошел. Он отлупил нас как следует и запретил ходить на озеро купаться.

– И вы послушали его?

– Нет, конечно! – сказал он, усмехнувшись. – Что же это за веселье, если все время слушаться! А, вот и развилка. Так в какую сторону поедем?

Увидев, что Виктория раздумывает, он сказал:

– Теперь вы понимаете, как мне бывает трудно? Ладно, давайте так. Представьте, что два ваших любимых магазина в Лондоне отдают товары даром, но это происходит лишь один раз, в один и тот же вечер, в одинаковое время. Куда бы вы пошли?

– А что тут выбирать? В один магазин я сама пойду, во второй пошлю слугу!

Натана это рассмешило, и он ответил:

– Ну, так не интересно! Вы же тогда лишаетесь возможности самостоятельного выбора.

– Но все равно я получу товары из обоих магазинов. – Она улыбнулась. – Хм, сегодня среда, и я думаю, нам не стоит прерывать банный ритуал Хопкинса, поедем лучше на пляж, собирать ракушки.

– Как пожелаете, – ответил Натан, кивнув.

Они поскакали вниз по узкой тропинке. Натан ехал первым, глядя по сторонам и будто возвращаясь в прошлое, в далекое детство. Это вызвало сильную тоску по дому, от которой он, казалось, избавился. Чтобы не думать о прошлом, он снова заговорил:

– Море уже совсем близко.

Он поехал медленнее, предвкушая удивительный пейзаж, который должен был вот-вот открыться перед ними. Свернув, они остановили лошадей и залюбовались видом, думая каждый о своем: Натан вспоминал детство, Виктория просто смотрела не отрываясь. Голубое небо, белые, как хлопок, облака, сравнявшиеся на горизонте с водой, цвет которой переливался от темно-сапфирового до бледно-голубоватого. Высокие темные скалы казались такими могучими и таинственными, что дух захватывало. Они также служили – Натан прекрасно знал это – отличным убежищем для контрабандистов.

Он поднял голову и закрыл глаза, вдохнув умиротворяющий морской воздух. Бриз обдувал его лицо, и все вместе давало ощущение покоя, но и пробуждало жажду приключений.

Тут прилетели чайки, крича на своем языке, и вдруг все вместе ринулись в воду, ловить себе обед.