— Где Мэй? — выкрикнула она срывающимся голосом. — Что с ней случилось?

Рейф с неприкрытым изумлением воззрился на Фелисити и схватил ее за плечо, прежде чем она устремилась дальше.

Лис, все в порядке.

— Но…

— Мэй чувствует себя лучше некуда, — безапелляционно заявил он. — А я вот вам вазу разбил. Простите. — Он отпустил девушку, оглянулся и подобрал с пола разбитую вазу с поломанными маргаритками. — Решил устроить небольшой розыгрыш, чтобы вы не слишком сильно на меня сердились. Признаю, я сделал большую глупость. Я должен был сообразить, что первое, о чем вы подумаете, — мы уронили что-то тяжелое на Мэй.

— Лис, я и жива, и здорова! — раздался крик девочки. Фелисити стояла и молча смотрела на Рейфа, стараясь привести в порядок мысли и дыхание.

— А кто это — мы?

Рейф смущенно опустил глаза. Почувствовав, что их гость чего-то явно недоговаривает, она решительно шагнула вперед, и он неохотно отступил, напоминая ей отчего-то льва, загнанного в угол маленькой мышкой. Фелисити торопливо прошла в прихожую, и там ей пришлось остановиться еще раз.

С Мэй и в самом деле все было в порядке. Девочка восседала верхом на Аристотеле, который стоял от входа дальше, чем думала Фелисити. А вот трое мужчин оказались для нее полной неожиданностью. Они как раз поднимали с пола упавшую дубовую дверь. Увидев хозяйку, все трое застыли, держа тяжеленную резную створку на весу.

— Мисс Харрингтон, вы уж извините нас за весь этот шум, — виновато обратился к ней мистер Грэм.

— Дерево мокрое, из рук так и выскальзывает, понимаете, мисс Харрингтон, — добавил Билл Дженкинз. — Больше не повторится, мисс.

Третий мужчина, вернее, юноша — насколько знала Фелисити, Рональду Бенту нет и восемнадцати, — попытался стянуть с головы шапку и чуть не уронил дверь себе на ногу.

— Здрасьте, мисс Харрингтон.

— Доброе утро, джентльмены, — вежливо кивнула Фелисити, развернулась и опять едва не налетела на подошедшего к ней Рейфа. — Мистер Бэнкрофт, можно с вами перемолвиться парой слов? — И, не дожидаясь ответа, она направилась в столовую. Фелисити сознательно не стала оборачиваться, но, когда дверь у нее за спиной негромко захлопнулась, она знала, что Рейф вошел следом.

— Я на самом деле очень виноват, — снова заговорил он. — Поверьте, и в мыслях не было вас пугать.

— Чем же они здесь занимаются? — резко спросила она, поворачиваясь наконец к нему лицом.

— Они? — Не понял Рейф. — Ах, это вы про мое… воинство. Они мне помогают. Дверь чиним.

— Я не желаю, чтобы они этим занимались! — сердито бросила она, вызывающе упирая руки в бока.

Рейф осторожно положил разбитую вазу с маргаритками на стол.

— Если вы боитесь, что они затопчут ваши ковры, то я не думаю, что ребята…

— Нет! — вспыхнула от негодования Фелисити. Хорошего же он о ней мнения! — Ради Бога, дело вовсе не в этом! Они… у каждого из них своя жизнь и свои обязанности. Я… — Девушка в растерянности замолчала.

Рейф осторожно шагнул к ней.

— Лис, поймите, они на самом деле очень хотели вам помочь. Я не знаю, ведомо вам это или нет, но здесь, в Чешире, вы весьма популярная фигура. Нужно было только попросить, и все было бы сделано уже месяц назад.

— Мне нечем им заплатить! — отчаянно выпалила она.

— Лис, они хотят вам помочь просто так, — повторил он.