Описание было, мягко говоря, не совсем точное, но Сесили не стала поправлять Зака, а тот, кажется, не заметил ее неудовольствие.

 – Про Горца! – закричал самый младший мальчик.

 – Это верно, старина, он наш герой Гималаев. Ладно, ребята, люблю всех вас, но мне надо бежать. Горы ждут! – Зак отключился и громко выдохнул. – Иногда закрадывается странная мысль, что, возможно, это последний раз, когда я говорю с ними вот так… Ты уже звонила семье?

 – Если честно, им будет приятнее разговаривать со мной, когда я, целая и невредимая, вернусь обратно.

 – Понятно… О, смотри, кто прибыл! – Он указал на кого то у лифта. – Разве это не Чарльз?

 Сесили обернулась и просияла.

 – Это он.

 Естественно, Чарльз Маквей был легко узнаваем. И даже здесь, в гостинице, забитой альпинистами, готовящимися к экспедициям, он сильно выделялся из толпы. Высокий и мускулистый – в отличие от поджарого большинства, – Чарльз был одет в небесно голубой пуховик с логотипом «Общение будущего» на рукаве и с вышитыми на груди и на кепке его инициалами «ЧМ», причем М была стилизована под горную вершину.

 Зак расправил плечи и выпрямил спину, и Сесили отлично понимала его желание произвести впечатление. В мире альпинизма Чарльз Маквей был знаменитостью. А вскоре ему предстояло стать легендой. Еще чуть чуть, и он будет считаться первым человеком, совершившим беспрецедентный, почти невозможный подвиг: восхождение на все четырнадцать вершин мира, высота которых превышает восемь тысяч метров, без дополнительного кислорода, в альпийском стиле , в течение одного года.

 Маквей называл это «четырнадцать чистых вершин».

 Большинство альпинистов поднимались в гималайском, «осадном» стиле. В своем восхождении они использовали все возможные преимущества: носильщиков, установленные перила, лестницы, обеденные палатки, баллоны с кислородом, интенсивные методы акклиматизации, помощь индивидуального шерпы, и все это для того, чтобы безопасно подняться на гору и спуститься вниз. Чарльз же отвергал любую поддержку. Только «чистое» восхождение.

 И именно Чарльз был той самой причиной, по которой Сесили оказалась здесь, в Катманду. Он пообещал ей эксклюзивное интервью по окончании своей миссии. Статья легко стала бы крупнейшей из написанного ею. Карьерообразующей.

 Сесили залезла в рюкзак и достала ручку и блокнот. Вспомнила, как обрадовалась ее редактор, когда она сообщила, что договорилась об интервью. Публикация эксклюзивного материала о знаменитом альпинисте стала бы огромным подарком для онлайн журнала «Дикая природа».

 Но потом Мишель, кажется, изменила свое отношение.

 – …Думаешь, у тебя получится?

 Сесили не сомневалась: редактор предпочла бы, чтобы эту историю написал кто то другой. Например, Джеймс, любовник Сесили на тот момент и известный журналист путешественник. Но вместо него редакция все же направила ее – прославившуюся тем, что так и не дошла до вершины, – и тут сыграло роль условие, поставленное Чарльзом.

 Дойти до вершины Манаслу.

 Неудивительно, что Мишель одолевали сомнения.

 – Я буду стараться.

 Редактор вздохнула.

 – Это, конечно, хорошо, но… послушай. Я поговорила с командой. Нам нужна статья, но мы не можем заплатить тебе авансом.

 Новость была как удар под дых.

 – Ты серьезно? Но у меня нет денег. Мне нужно оплатить перелет, тренировки, не говоря уже об экипировке, снаряжении и расходах на экспедицию!

 Расходов было гораздо больше, но Сесили, желая сохранить хоть какое то подобие профессионализма, опасалась пугать Мишель цифрами.