Прошло еще несколько минут.

В итоге, когда в комнату вошел Дэн с подносом, усыпанным крошечными, на один укус, бутербродиками, Ярослав уже был готов завести разговор про погоду.

— Если честно, я не знаю, чем могу вам помочь. Я постаралась разузнать на работе по этой теме, но не думаю, что стоит искать именно в детских садах, — немного перекусив, сказала Настя. Она открыла рюкзак и вытащила блокнот. — Я на всякий случай переписала меню для своей группы на эту неделю, но я говорила с поварами и выяснила, что они готовят на весь сад сразу: и на эльфов, и на людей, и на оборотней. Единственное отличие: молочные блюда они заменяют на альтернативные, без молока. Но даже эти безлактозные блюда дают не только эльфам, но и обычным детям с аллергией на молоко…

— Погодите-погодите, — нахмурился Дэн. — А что, эльфы не пьют молоко?

— Конечно, нет, — удивилась Настя. — Фермент, расщепляющий лактозу, у эльфов вырабатывается лишь до окончания грудного вскармливания, к концу третьего года жизни. А что, вы не знали?

Лей перестал кататься и с недоумением смотрел на Дэна, а тот на него.

— Но ведь… — начали они одновременно, а потом археолог продолжил: — Лей спокойно ел молочные каши, пил йогурты. Я даже ему мороженое покупал.

— Ага, — кивнул эльф, — я и чистое молоко тоже пью.

— Яр, ты проверял кровь на лактазу? — резко повернулся к медику Дэн.

— А, эмм, я… Кажется, да, — кивнул Ярослав.

— И мы не заметили, что у всех эльфов поголовно она отсутствует, за исключением Лея? — Дэн подошел к столу и зашелестел бумагами. — Настя, вы продолжайте, я вас слушаю.

— Таким образом, не думаю, что эльфам вмешивают что-то в еду. Бытовая химия, стиральные порошки, мыло, туалетная бумага — все это также закупается на весь сад. Само помещение для эльфийской группы ремонтировали отдельно, но вряд ли в этом дело.

— Кхм, — кашлянул Ярослав, — собственно, вполне возможно, что это вещество вводится эльфам вне детского сада. Мы такое тоже обсуждали.

— Угу, — хрюкнул археолог, не поднимая головы от бумаг, — только мы еще решили, что контролировать ввод вещества в каждом отдельно взятом доме сложнее, чем в детском саду. А что насчет прививок?

— Прививок? — переспросила Настя. — Ах да, верно, я спускалась к медсестре. Действительно, у эльфов другой график, но и у оборотней он отличается от человеческого. Кстати, на следующей неделе у нас планируется очередной этап прививок.

— А вы можете узнать, от какой болезни будут прививать? Или какая маркировка будет на упаковке? — вкрадчиво спросил Дэн. — А еще лучше, если бы вы смогли случайно прихватить как-нибудь это средство.

Ярослав не выдержал и возмутился:

— Дэн, имей совесть. Настя и так нам изрядно помогла, а ты ее чуть ли не на преступление толкаешь! А если там шприцы под счет? Да ведь точно под счет! А если ее поймают?

— И что с ней будет? — археолог выпрямился, выронив несколько листов. — Ах, воспитательница украла шприц стоимостью в десять рублей? На костер ее отправят? — он повернулся к девушке. — Вы простите за мою горячность, но если внутри окажется то самое вещество, это сэкономит нам кучу времени. Ярослав делает возможное и невозможное, но у него нет ни специальной аппаратуры, ни государственных субсидий, ни штата сотрудников. Он каждый день рискует работой и репутацией, делая необходимые для нашего исследования анализы, но, даже несмотря на это, на выявление состава могут уйти годы.