— А что именно вы хотите узнать? — на лице эльфа не дрогнул ни один мускул, только глаза чуть сузились. Он, наверное, подумал, что эта глупая человеческая девочка умудрилась влюбиться в него всего за пару недель.

— Я сегодня познакомилась с оборотнем, — я принялась торопливо объяснять свою мысль. — На вид он мой ровесник, может, чуть старше, а ведь на самом деле ему всего лет девять-десять. Еще мальчишка по нашим меркам. И я поймала себя на мысли, что мне сложно воспринимать его как равного по возрасту. Словно разговариваю с ним со снисхождением. А ведь у нас с вами разница в возрасте еще больше. По вашим меркам я только-только из детского сада вышла.

Мне показалось, что эльф едва заметно выдохнул.

— Вы знаете, прожив столь долгую жизнь, я могу практически ко всем: и к оборотням, и к людям, и эльфам, — относиться снисходительно, поэтому чуть большая разница в возрасте меня не смущает. Вы в своей жизни редко сталкивались с другими расами, поэтому еще не привыкли автоматически переключать свое восприятие. Это придет… через некоторое время. А как вы познакомились с ним?

— Я его видела и раньше, он где-то тут недалеко работает полицейским. И сейчас ходит на курсы сюда, в Университет. Вот по дороге и встретились. Я еще подумала, что он меня преследует, даже испугалась немного, — я была рада поделиться с Натаном, подруги из общежития уже все разъехались на новые места работы, а мне разрешили еще полгода, до окончания стажировки, пожить там.

— Интересно, — задумчиво протянул эльф, — а он первый с вами заговорил?

— Нет. Я …

— Надеюсь, Настя, теперь вы сможете сфокусировать свое внимание на моем предмете? — резко перебил меня Натан. Но затем он улыбнулся, сглаживая свою грубость, и его вспышка забылась.

Занятие было очень скучным. Вроде бы материал интересный, но Натан рассказывал его так, словно читал заезженную лекцию в сотый раз студентам первого курса. Я пыталась сосредоточиться, сконцентрироваться, но мысли разъезжались в разные стороны. То я вспоминала оборотня, то думала про своих детишек и про то, когда же они ко мне привыкнут, то вдруг заскучала по маме, и через несколько минут я совсем отключилась от речи эльфа.

Следующий момент, который я помню, это был резкий звук, и я обнаружила себя стоящей перед тем самым оборотнем на улице.

— Стан? А что ты тут делаешь? И где это мы? — я запаниковала.

Что случилось? Почему я не на занятиях? Он меня украл?

— С тобой все хорошо? Мы с тобой вдвоем идем от университета уже минут десять. Ты словно спала с открытыми глазами.

Тут я почувствовала, что мне очень-очень страшно, со мной что-то происходит непонятное. И я совсем одна, мама далеко, никого рядом нет, только вот этот незнакомый парень, который, я знала это, не обидит, защитит, убережет.

И тогда я, как маленькая, расплакалась, обняла его и уткнулась носом в футболку. Стан сначала стоял неподвижно, но потом осторожно погладил меня по голове. Как котенка какого-то. И мне было так хорошо с ним. А потом стало стыдно.

У меня практически не было опыта общения с парнями. В деревне у нас мальчишки — сплошные оболтусы, и я, книжная девочка, была им неинтересна. В университете — группа будущих воспитательниц, ни одного мужчины. Однокурсницы как-то умудрялись встречаться с физкультурниками, у меня же не получалось завести подобных знакомств. Да оно и понятно, многие девочки жили здесь, в городе, со своими родителями, которые зарабатывали намного больше моей мамы. Они красиво одевались, красились, весело шутили. Про утонченных эльфиек и энергичных оборотней я вообще молчу.

А после выпуска я столкнулась с двумя мужчинами, и ни один из них не человек. И хотя ни с той, ни с другой стороны не было никаких намеков на романтические отношения, я, конечно, уже успела представить эти самые отношения с каждым из них, подумать про возможные препятствия, расстроиться, родить им детей и умереть в одиночестве.