— Да мне срать, — пожал я плечами и навис над Адой. — Руки вытяни.

— What? — переспросила она.

— Чё ей надо? — попросил перевода я.

— Ну, что-то типа этого она и спросила, — получил я ответ.

— Ну так скажите ей, чтоб не брыкалась. Утром развяжу, но спать при ней на чистом доверии я не собираюсь.

Семецкий перевёл, и девушка послушно выполнила просьбу. И снова посмотрела таким взглядом, что у меня всё зашевелилось внутри.

Уснуть оказалось не так просто. Мысли постоянно крутились около прелестей иностранки, а фантазия дорисовывала остальное. Жухлый ещё где-то носился, периодически завывая в ночи. Откуда у него столько энергии? Ведь всю ночь по лесу скачет и днём ни на шаг не отстаёт. Спит какими-то урывками, на привалах, хотя, может, для него такой ритм — норма.

Задремал я под самое утро и проснулся, едва солнце коснулось лица. На удивление, чувствовал себя достаточно бодро. Первым делом перелил воду из фляги в маленький котелок, подкинул сухих веток в угли и раздул огонь. Дождался, пока это дело как следует разгорится, и уже загрузив веток потолще, подвесил посуду над костром. Обернулся на спящих товарищей и снова залип на иностранке.

— Сучка, — повторил я, но уже как-то так, не злобно. И поспешил отвернуться.

Как только вода закипела, я бросил в неё горсть травяного сбора, немного подождал и снял котелок с огня. Накрыв его крышкой, начал поднимать остальных членов команды. Потрепал за плечо профессора, отвесил пендель Носу и… снова завис возле спящей красавицы.

Это уже начинало бесить. А потому я так же беспардонно пнул девушку в пятую точку. А заодно отметил про себя, что задница у неё упругая, как мяч.

Ада вздрогнула, обернулась и бросила на меня испуганный взгляд, который вскоре сменился смущением. Она молча протянула ко мне руки и слегка поморщилась, показывая, что ей некомфортно.

Я присел перед ней на корточки и, потрепав узлы, развязал вначале руки, а затем и ноги.

Норвежка с благодарностью улыбнулась, вызвав целый каскад эмоций. Но я лишь покрепче стиснул зубы и отвернулся.

— Ну чё, какие планы? — нарушил тишину Нос.

— Идти дальше, — ответил я.

— А с ней чё делать будем? — кивнул на Аду он.

— Ничего, с нами пойдёт. Может, ещё пригодится.

— Жаль, — вздохнул Нос. — Я бы её тряхнул для начала.

— Ебальник сразу сломаю, — предупредил его я. — А потом Жухлому скормлю.

— Да ты чё, братан, я ж пошутил, — опешил от моей прямоты он. — Я ваще не претендую.

— Ты меня услышал, — спокойным голосом произнёс я.

Семецкий что-то промяукал Аде, и девушка тут же растянула губы в улыбке. Я грешным делом подумал, что профессор поведал ей о нашей милой беседе с Носом, но тот подхватил кружку и, зачерпнув отвар из котелка, протянул норвежке.

— Thanks, — коротко ответила она.

Это слово я тоже знал, оно означало «спасибо». Выходит, Семецкий ей всего лишь чай предложил. И вот чё она лыбится от каждого слова? Дура…

Я снова поймал себя на том, что засмотрелся на девушку, и отправился упаковывать рюкзак. Только сейчас до меня дошло, что Жухлый так и не явился с ночной прогулки. Вставив пальцы в рот, я залихватски свистнул и в следующую секунду едва не полетел носом в землю, получив тяжёлый удар лапами в спину. Оказывается, этот засранец прятался в кустах, выжидая удобный момент для атаки.

Ада звонко расхохоталась, глядя на то, как я неуклюже машу руками, пытаясь удержать равновесие. А Жухлый знай себе скачет вокруг, весело повизгивая.

— Ладно, радуйся, пока можешь, я тебя потом поймаю, — пригрозил зверю я. — А вы чего зубы сушите⁈ Жрите быстрее, нам выходить пора.