— Господи, — вздохнула Мэллори, — он красивее Бэкхема!

Я только молча кивнула. Тип был невероятно хорош собой.

Сопровождала блондина тоже очень привлекательная рыжеволосая женщина с ослепительно-белой кожей. Скрестив руки на груди, она взглядом сканировала комнату. Дойдя до меня и Мэллори, женщина заметно напряглась. Наклонившись к блондину, она что-то прошептала. Он поднял взгляд и уставился на нас из-под упавшей на лоб золотистой пряди.

Он смотрел на меня в упор, и я тоже не отводила взгляда.

По спине пробежал холодок, словно зловещее предостережение, смысла которого я не понимала. Вампиры определенно обладали каким-то шестым чувством, и мое в данный момент распространяло вспышки — огромные яркие вспышки, которые могли бы посрамить любой фейерверк в честь Дня независимости. Я постаралась подавить это ощущение, так же как и растущее тревожное ощущение близости. Я не хотела, чтобы он знал, кто я такая, не хотела, чтобы он оказался причастен к моему превращению. Пусть этот красавец будет новичком в Доме, обычным вампиром, выполнившим нелегкую ночную работу для мастера, которого он втайне ненавидит… Мне хотелось, чтобы он подошел, представился и был приятно удивлен тем обстоятельством, что я тоже вампир и только что вступила в этот клуб ходячих мертвецов.

Я не могла оторвать от него взгляда. Таращилась, как простофиля на ярмарке. И он тоже смотрел, слегка приоткрыв рот, то ли от удивления, то ли от возмущения, и его пальцы, сжимавшие телефон, напряженно побелели.

Остальные вампиры в комнате притихли и замолчали, возможно ожидая каких-то указаний.

«Наброситься на эту новую девчонку? Высмеять ее джинсы и кроссовки? Или приветствовать ее вступление в древнее братство вампиров тортом и коктейлями?»

Блондин, видимо, пришел к какому-то решению, поскольку, захлопнув телефон, решительно и быстро направился к нам. С каждым шагом он казался мне все более привлекательным, с каждым шагом все отчетливее становились черты его лица.

До этого момента, до того как он сделал шаг ко мне, я была обыкновенной девчонкой. Если встречался приятный парень, я могла улыбнуться. В редких случаях могла сказать ему «Привет!» или дать номер телефона. Я не слишком торопилась завязывать отношения, но, если появлялся интерес, я его не скрывала. Но что-то в этом парне заставляло вибрировать каждую клеточку тела. Мне хотелось запустить пальцы в светлые волосы и прижаться губами к его рту. В глубине души возникло какое-то инстинктивное стремление заявить на него свои права. Казалось, что время понеслось с непостижимой быстротой, и мое тело толкало меня навстречу судьбе, которую разум еще не мог постичь. Сердце гремело в груди как колокол, и я чувствовала, как по венам разгоняется кровь.

Мэллори наклонилась ко мне:

— Кстати, для общего сведения, твои глаза опять стали серебристыми. Пожалуй, в список причин, вызывающих такую реакцию, надо добавить и сексуальное влечение.

Я рассеянно кивнула.

Красавец-блондин подходил все ближе, пока не остановился прямо передо мной. И тогда я увидела его глаза. Яркая изумрудная зелень. Невероятная зелень. Сердце у меня упало, и я поняла, что знаю эти глаза.

— Черт! — только и смогла выдавить я.

Он был красивее Бэкхема, и он был моим злейшим врагом.

ГЛАВА 3

Ты должна драться за свои права

— Мерит?

Выброс адреналина вырвал меня из грез, и я сжала кулаки.