Я кивнула, припоминая слова Этана:

— Этан упоминал о нем, когда зашла речь о магии. Он собирался позвонить омбудсмену насчет Мэллори. Вампиры считают ее колдуньей.

Дед явно заинтересовался этим фактом:

— Скажи на милость! Катчеру будет интересно об этом услышать.

— Катчер? — переспросила я. — Он и есть омбудсмен?

— Нет, малышка, — усмехнулся дед. — Омбудсмен — это я.

От удивления я повернула голову и уставилась на него:

— Что?!

— Мэр предпочитает называть меня «связующим звеном» между обычным и сверхъестественным миром. Я лично считаю, что это нормальная бюрократическая чушь. Но мэр попросил меня взяться за эту работу, и я работаю. Должен признаться, что не имел понятия о вампирах и оборотнях, когда патрулировал улицы, и мне было любопытно повстречаться с этим народом. Я люблю свой город, Мерит, и мне бы хотелось, чтобы у каждого здесь были равные шансы.

Я тряхнула головой:

— Я в этом не сомневаюсь, но не знаю, что сказать насчет всего остального. Ты же ушел в отставку, дед. Ты сказал нам… мне, что уходишь на пенсию.

— Я пытался стать пенсионером, — ответил он. — Я даже пытался заниматься бумажной работой в хранилище улик. Но я тридцать лет был копом. И я не смог. Я не был готов отказаться от активной работы. Ведь полицейские накапливают колоссальный опыт, Мерит. Мы выступаем посредниками. Решаем проблемы. Расследуем. — Он пожал плечами. — И теперь я занимаюсь тем же самым, только общаюсь с более скрытными существами. Я начинал работать в городской ратуше, а теперь у меня свой собственный отдел.

Он рассказал, что нанял четверых сотрудников. Первой стала Марджори — женщина пятидесяти лет, закаленная двадцатью пятью годами службы в полицейском участке одного из самых криминальных районов города. Вторым был Джефф Кристофер, компьютерный гений и, как выяснилось, оборотень, настоящий облик которого так до сих пор и неизвестен. Третий — Катчер Белл. Двадцати девяти лет и, как сказал дед, очень мрачный.

— Он хорош, но очень зол, так что держись от него подальше, — предупредил меня дед.

— Но ты назвал только троих, — заметила я, когда он замолчал.

— Есть еще один вампир, — добавил он после паузы. — Состоит в одном из Домов, но его собратья не знают, что он работает на меня. Он бывает в офисе только в случае крайней необходимости. Они выполняют основную работу, — продолжал дедушка. — Так что мне остается только изредка вмешиваться и изображать хорошего парня.

Я сомневалась, что его деятельность заключается только в этом, но в сравнении с отцом скромность деда действовала освежающе.

— Ты мне можешь не поверить, — мрачно добавил дед, — но теперь я уже не так ловок и проворен, как прежде.

— Нет! — воскликнула я, притворно закатывая глаза, и он рассмеялся. — Я не могу поверить в другое: что ты скрывал это от нас. Я не могу поверить, что за четыре года ты ничего мне не сказал. Даже мне! Своей внучке, которая зарабатывала себе на жизнь сказками о короле Артуре.

Он похлопал меня по руке:

— Я ведь не от тебя утаивал эту информацию.

Пришлось согласиться. Узнай мой отец о новом назначении деда, он сделал бы одно из двух: или подстроил бы убийство, или попытался бы манипулировать дедом, чтобы поближе подобраться к мэру. Мой отец был мастером интриг.

— И все же, — настаивала я, глядя на пробегавший мимо город, — мне ты мог бы рассказать.

— Надеюсь, тебя утешит тот факт, что я теперь твой омбудсмен.