Рано или поздно им придётся об этом поговорить. И лучше рано.

– Мне хочется поднимать этот вопрос не больше твоего. Но если дело всё таки дойдёт до помолвки, сделай мне подарок: будь человечным почаще. – Ева сложила одежду на стуле, давно занявшем место в углу. – И нет, не беспокойся. Капелька человечности с твоей стороны не заставит меня проникнуться к тебе ужасными человеческими чувствами, которых ты так боишься. Это останется исключительно деловым союзом, но отношения между деловыми партнёрами не обязаны быть такими… никакими.

Герберт молчал. Слушал, как она заходит в воду, с негромким всплеском погружаясь в прозрачную жидкую вуаль. Сейчас всё это давалось Еве куда легче, чем в первый раз: и вправду превратилось в обычную лечебную процедуру.

Впрочем, ей всё равно не хотелось, чтобы Герберт на неё смотрел.

– Вопрос о помолвке мы поднимем завтра. Вечером, – произнёс он. – Надеюсь.

Вытянувшись в искристой воде, мерцающей золотом и перламутром, Ева недоумённым взглядом изучила его спину.

– А почему не сейчас? Раз уж ты собираешься…

– Завтра, – непреклонно повторил Герберт. – После того, как получим меч. – Он странно, шумно, тяжело выдохнул. – А теперь ныряй.

Подавив желание подискутировать, Ева выпустила воздух из лёгких. Опустившись на дно, ощутила в гулкой тишине прикосновение чужой ладони: в тот же миг как перед закрытыми веками заплясали алые отблески.

Будь по твоему,  смирилась она, прежде чем тихий приказ погрузил её в черноту, что была глубже и глуше воды. Может, ты и прав. Пока тебе нужно пережить грядущий день.

Иначе мы оба станем несколько мертвее, чем нам хотелось бы.

***

У разрушенного храма они были точно в назначенный час.

Земля всё ещё тосковала по снегу, в этом году безнадёжно запаздывавшему, так что под ногами хрустела только хвоя. Пока они пробирались через лес, Ева тревожно вглядывалась в таящиеся вокруг тени.

В то, что могло бы таиться в них.

– Можешь поставить магический контур? – на подступах к храму решилась она.

– Ночи в библиотеке приносят плоды? – В голосе Герберта полутоном скользнуло поощрение. – Ты всерьёз думаешь, что здесь кто то может нас найти?

– Поставь. На всякий случай.

Притормозив у круга разноцветных камней, некромант нехотя вскинул руки – и с минуту Ева наблюдала, как Герберт выплетает в воздухе руны, вспыхивавшие зелёной филигранью.

Об этом заклинании она действительно прочла в библиотеке: место окружалось чем то вроде магической сигнализации, извещавшей владельца, когда контур пересекали незваные гости.

– Всё. Незамеченными к нам не подберутся. – Закончив, некромант шагнул в круг. – Надеюсь, это тебя успокоит.

– А тебя?

– Здесь нас могут выследить, лишь если кто то озаботился заранее прицепить к нам поисковый маячок. – В движениях некроманта, замершего среди кружева лесных теней, читалось раздражение. – Ты не выходила из замка. Если б его прицепили ко мне, я бы заметил. Не говоря уже о том, что защита замка нейтрализует все маячки, как только переступаешь его порог.

– И обойти это никак нельзя?

– Мне способы неизвестны, во всяком случае. Айрес когда то хотела нацепить маячок на меня. Чтобы я вплёл в защиту исключение для него. Я отказался. Не желал, чтобы она всегда знала о моём местонахождении. – Герберт выразительно огляделся. – И где наш кузнец?

На сей раз Ева даже не успела увидеть дверь: просто гном вдруг вынырнул прямо из пустоты.

– Пунктуальны, – заметил он с прохладным одобрением. – Взяли мою плату?

Ева с готовностью вытащила из кармана мобильник, надеясь, что на лице не проявится пристыженное выражение.