Герберт на редкость довольно кивнул.

– Убирай. И расплатись.

Зачехлив клинок, Ева протянула гному телефон. С ужасом увидела, как тот с видом заправского хипстера жмёт на кнопку включения и блокировки.

– В прошлый раз здесь появилась картинка. – Не дождавшись реакции, представитель маленького народца постучал пальцем по тёмному экрану. – Как ты это сделала?

– Руководство пользователя в условия сделки не входило, – парировала Ева с максимальным достоинством, которое ей оставила не до конца усыплённая совесть.

– О. – Гном подозрительно равнодушно отвернулся. – В таком случае, полагаю, в снятии с ножен чар трёхкратного обнажения вы не нуждаетесь.

– Каких чар?

Вопрос прозвучал стройным дуэтом: унисон удивлённого сопрано Евы с серебристым некромантовским тенором.

Гном остановился – улыбка, растягивавшая его губы, лучше слов подсказала о подвохе.

– Никто, кроме меня, не может достать клинок из ножен больше трёх раз. – Он выразительно кивнул на рукоять за Евиным плечом. – К слову, отсчёт уже пошёл, так что осталось два.

Ева растерянно уставилась на мобильник, темневший мёртвым экраном.

Чёрт. Как они были самонадеянны – оба. И что делать? Чем расплачиваться теперь? У неё есть ещё планшет, но…

– Два? Нам хватит.

Ева неверяще воззрилась на Герберта.

– Нам хватит, – повторил он с нажимом. – Благодарю, о обитатель Потусторонья. Мы не могли мечтать заполучить изделие более прекрасное, чем твоя изумительная работа.

В лице гнома не было ни досады, ни разочарования. Один лишь искренний интерес.

– Как знаете. – Ответ приправили щепоткой насмешки. – Как исчерпаете оставшиеся попытки, возвращайтесь. Всегда готов к сотрудничеству.

Ева всё же сумела увидеть дверь в Потусторонье. За секунду до того, как гном зашёл в неё, – и за две до того, как она исчезла, растворившись за гранью видимого так надёжно, что разглядеть её было уже невозможно.

Несговорчивых покупателей недвусмысленно попросили маленький народец больше не беспокоить. По крайней мере, пока.

– Две попытки, – сказала Ева. – Одна на королеву. Одна на дракона. По твоему, я смогу…

– Если всё пойдёт по плану, меч всё равно послужит бутафорией. – Герберт направился к выходу из каменного круга. – Как и ты.

– Знаешь ли, даже с бутафорией нужно…

Где то крикнула встревоженная птица. Странное ощущение царапнуло спину – ощущение, которое рождает устремлённый на тебя пристальный взгляд.

Осекшись, Ева обернулась.

Вокруг спокойной тишиной молчала лесная чаща. Очень убедительно.

Куда более убедительно, чем если бы в ней действительно никого не было.

Догнав некроманта, Ева резко потянула его за рукав:

– Твой контур на месте?

Услышав её шёпот, тот остановился, недоумённо вздёрнув брови.

– Что с тобой?

– Давай перенесёмся в замок прямо отсюда. Не возвращаясь к ручью.

Он раздражённо выдернул рукав из её пальцев:

– Рядом с проходом сильные пространственные искажения. От ручья безопаснее. Успокойся, контур никто не пересекал.

– Я… мне не по себе. Что то не так. Я чувствую. – Ева вновь удержала его – уже за руку. – За нами кто то следит, Герберт, пожалуйста!

Гнев в его взгляде сменило сомнение.

– Я не трусиха. Я не стала бы напрасно паниковать. Ты же знаешь. – В её шёпоте скользнула почти мольба. – И сам говорил, что с интуицией у меня всё в порядке.

Герберт стоял, колеблясь.

– Ладно, – помедлив, всё же согласился он. – Иди сюда.

Позволил обнять себя… и, отпрянув, с силой оттолкнул – за миг до того, как место, где они стояли, полыхнуло ядовитым салатовым пламенем.