Только вот, с чего бы им сюда ехать? Вопрос между нами урегулирован, а справиться за исход операции с «лотосом» можно и прислав представителя. Да того же Казимира, к примеру, к себе вызвать. А тут всей кодлой пожаловали.

От меня решили избавиться?

Если так — то совсем не вовремя. Мне сейчас не до этого.

Вездеходы медленно ползли по дороге, ведущей от Болотного, скребя бортами по нависающим с боков сосновым веткам.

А давай-ка я им задачу немного усложню, заодно и себе плацдарм подготовлю.

Я дал знак Казанцеву. Тот что-то шепнул начальнику гвардии и убедившись, что его приказ принят к исполнению, присел на колесо трофейной мортиры, наблюдая, как гвардейцы начали складывать трупы перед выездом на площадь. Быстро накидав кучку, те распределились по обе стороны, укрывшись за машинами наёмников.

Ведущий вездеход сначала притормозил, а потом и вовсе затушил двигатель. Ехать по трупам он естестественно не будет. Пусть встают на дороге. Так Орден не сможет занять выгодные позиции, если вдруг решится напасть.

— Что думаешь? — барон взлохматил волосы, не спуская глаз с бортовых орудий вездехода. Стволы пушек, случайно или намеренно, были направлены в небо.

— Думаю, сейчас всё узнаем. Грандмастер Флавий не такой простак, каким хочет казаться. Если притащил сюда всю свою братию — значит очень ему это надо.

Казанцев покачал головой, но предпочёл не разводить дискуссию, всецело сконцентрировавшись на первом вездеходе, который замер скалой перед выездом на уложенную камнями площадь.

Впрочем, то что машины Ордена выстроились друг за другом, нисколько не помешало им действовать эффективно. Двери открылись одновременно и на обочины высыпали паладины Ордена.

Святые негодники! Да сколько ж их здесь?

Я стоял и смотрел, как всё вокруг заполоняют люди в монашьих рясах, каждый из которых был вооружён световыми шарами с ручками.

Наконец, столпившиеся перед вездеходом братья расступились и пропустили вперёд согбенного, но вполне себе шустрого, старца. Тот, на удивление, выглядел миролюбиво и даже помахал мне рукой.

— Грандмастер Флавий, не ожидал увидеть вас так скоро. Что случилось?

Я не стал лебезить и решил высказать свою позицию сразу же. Не время распевать дифирамбы. Думаю, такой подход понравится и старику тоже.

Настоятель обошёл выложенную перед ним кучу трупов, осматривая место побоища.

— Мы немного опоздали, Евдоким, — Флавий проигнорировал мой вопрос, обратившись к одному из паладинов. — Ты был прав.

От толпы отделился укутанный в рясу старец и встал по правую руку от настоятеля. Иссохшие бледные руки, синюшные губы, безжизненные тусклые глаза. Внешне он мало чем отличался от нежити, причём, не первой свежести, но двигался достаточно резво. Старики обычно медлительны, как, например, тот же Флавий, а этот… в общем, странный какой-то.

И да, где-то я его видел. Совсем недавно.

Евдоким откинул капюшон и я признал в нём того самого паладина, что помогал мне отбиваться от некромантов после дуэли с Караченцовым, несостоявшегося ухажёра Тимирязевой Марины. Этот Евдоким ещё заявился на праздник в костюме и сандалиях. Помнится, после отражения атаки он изменил ко мне своё отношение и внёс немалый вклад в принятое грандмастером решение.

Интересно, о чём таком он рассказал настоятелю, что тот пригнал сюда весь свой иезуитский приход?

Да и выглядит этот отец Евдоким несколько иначе, чем в нашу последнюю встречу. Будто над ним поглумились в застенках храмовой машины, как это сделали в своё время над Казимиром.

Отец Евдоким запустил костлявую руку в подсумок и извлёк оттуда двух крыс, в которых я сразу же признал своих соглядатаев. Их я отправил в здание Совета в Болотном, чтобы контролировать графа Сидельникова и его свору.